Наша игра

Отец узнает – отправит в горы овец пасти, а если Ибрагим узнает – прибьет. У Ибрагима такие дела варятся, он с самим Адамом в деснах, выше уже некуда. И людей он в строгости держит за наркоту…

Приперлась Дашка, попробовала ласкаться, он отстранил ее. Сказал:

Все-таки с русскими хорошо, лучше, чем со своими. Со своими головняки – у каждой есть брат, папа, дядя, можно и кровников себе на хвост намотать. Да и их кровники могут с тобой разобраться. А за русскими нет никого. Мать еще скажет – сама виновата, с черным гуляла, вот и нагуляла.

В Гудермесе за «нагуляла» его зарежут, потом пойдут резать родственников. А русские всегда «сами виноваты».

Но все равно рано или поздно придется жениться на своей. Иначе никто не поймет. Мужчина должен нарожать детей своей нации, продолжить род.

Немного придя в себя, он поплелся на кухню – квартиру ему купил его тейп, не он сам. Дашка сварила кофе и сейчас что-то делала на плите, вид сзади ему понравился, и он подумал, что с женитьбой на своей и деланьем детей можно и повременить…

Сегодня были лекции, но он на них не пошел, потому что ничего умного там не скажут – отметки в зачетку он покупал, а универ был ему интересен лишь тем, кто учился с ним – там был даже сын министра, он с ним дружил и помогал, потому что отец сказал так делать.

Это правильно. Сын министра и сам рано или поздно станет министром, а если ты с министром в деснах – это очень хорошо.

Умный человек никогда не упускает возможности завести друзей…

Вместо этого он подкатил к зданию, в котором раньше было отделение банка, а теперь неизвестно что.

Зашел, прокатив карточку на входе. В коридоре попался Алишер, выразительно постучал по часам – опаздываешь. Вместе пошли к Ибрагиму.

Зная Ибрагима, можно было ожидать, что он за опоздание деньги снимет – жадный он был реально, за что угодно мог на деньги выставить. Но ему, видать, было не до того – он нервно ходил по кабинету.

Они сели. Ибрагим, бывший зам прокурора Грозного, ощутимо нервничал.

– Короче, пришел заказ. Крупный.

Самый крупный из всех, какие у нас были. Адам сказал – надо делать.

Вы, вероятно, подумали, что заказ – это киллерский заказ, на устранение? Отнюдь нет, так давно никто не работает. Заказ – на услуги коллекторов, возврат денег. Чеченцы скупали долги за семьдесят-восемьдесят процентов – а взимали все сто, а то и больше. Чтобы было понятно – меньше пяти лямов «зелени» они не брались. Как говорил Ибрагим, когда был в благодушном настроении, – бензина больше сожжем.