Онлайн-библиотека книг
Тут эффект неожиданности, мать его. Эта девочка всегда умела мозги отрубать. Напрочь.
Но потом, когда остыл и чуть пришел в себя…
Стало очевидно, что тогда, пять лет назад, нас с Лисенком поимели. Причем, в особо извращенной форме.
А я, как бы, традиционной ориентации! И не люблю, когда меня пытаются поиметь!
Донес мысль о подставе до Лиса, он впечатлился.
И мы договорились порыть каждый в своей области.
И потом сопоставить факты.
И я даже начал рыть, но дела, мать их! Никуда они не деваются, не дают жить нормально!"
"Как с самого утра, когда выполз от Лисяры с гудящей башкой (вот тебе и конина восемнадцатилетней выдержки, говно обычное), запряг в оглобли, так и пру, не сворачивая.
Потому что вопросы серьезные, Тигран через свою диаспору хочет пробить нам легал. Если получится, то мы будем в шоколаде, а про не особо законные пути вообще забудем. Будем белые и пушистые до усрачки.
Ради этого надо постараться. Вот только Мазур не вовремя приперся в город… И как его обойти? И, может, Лисенок в тему будет?
Но, самое главное, Вася.
Она в городе.
И мы с Лисом договорились пока ее не тревожить. Приглядывать, но не лезть. Пока не выясним все полностью, кто, когда и по какой причине сотворил с нами это все. Ну, а потом, когда выясним и накажем тварь, уже можно будет и с Васей решать вопрос.
Потому что в этот раз я не соглашусь на дележку.
Лис, конечно, в себе уверен, но это он зря.
Мы уже не дети, и эксперименты — это круто.
Но в щенячьем возрасте.
А мы — уже не щенки, а волки.
А волки не делят добычу.
Пока я размышляю на эту тему, отвлекаясь от работы, Тигр принимает звонок:
— Да, Мара, — слушает ее, брови чуть взлетают вверх, а взгляд тормозит на мне с совершенно нечитаемым выражением, — я понял. Да, конечно, посидите, почему бы и нет? Нет. Нет. Хорошо. Я тоже.
Он отключается и щурится на меня:
— Ты прикинь, кто у меня дома сейчас?
26
— Что они хотели сделать? — Марина, как раз в этот момент отвернувшаяся, чтоб достать с верхней полки бутылку вина, разворачивается ко мне, прижимает эту бутылку к груди, смотрит недоверчиво, — замуж выдать? Насильно?
— Ну да, — пожимаю я плечами, а затем, не удержавшись, тяну с большого, изящно и нарядно расписанного блюда очередной вкуснейший кусок пирога, круглого, как солнце.
