Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года

– Хорошее русское имя – Алешенька, – почти пропела женщина.

Голос у нее приятный, мелодичный. Судя по голосу, женщине лет тридцать. Алексей осмотрелся по сторонам. Куда они едут? А то ведь не исключено, что ночью пешком топать до дому придется. Так не хочется! Кабриолет свернул в переулок, остановился у ворот дома. Кучер спрыгнул, открыл ворота, под уздцы завел лошадь с кабриолетом во двор.

Алексей подал руку. Дама сошла с кабриолета. Темно, лица не разглядеть, но фигура стройная и движется легко.

– Вы знаете мое имя, но не назвались сами, – укорил Алексей.

– Разве? Мария! Можно без отчества, мы не в том возрасте.

Мария шла к дому, Алексей сопровождал. Чувствовал он себя неуютно. Обычно он являлся инициатором знакомства по праву мужчины. И женщин выбирал по принципу «нравится – не нравится». А сегодня инициативу взяла в свои руки дама, причем он не видел даже лица. А вдруг не понравится? Ну не убегать же? И по возрасту он не мальчик, чтобы бегать. Если только на поле боя солдат в атаку вести.

И сейчас уйти, не заходя в дом, неучтиво. Зачем тогда в кабриолет сел и ехал? Получается – вроде как струсил. Для офицера неприемлемо, обидно, поруха чести. Да будь что будет!

Вошли в прихожую, освещенную масляными светильниками. Тут же подскочила прислуга, приняла от дамы шляпку и перчатки, а от Алексея фуражку. По русским традициям находиться в головном уборе в чужом доме – значит не уважать хозяина, нанести обиду.

При свете Алексей разглядел хозяйку. Лет сорока, миловидное лицо, хорошая фигура.

И, судя по поступкам, женщина решительная, привыкшая повелевать. Алексей предположил: либо дворянка по рождению, где в имении приказывала слугам, либо купчиха, что сомнительно. Обычно торговлей или производством занимался муж. В случае его смерти вдова обычно продавала бизнес, жила на эти деньги. Мало кто из женщин сам руководил – нужно и образование иметь, и деловую хватку. А еще мешали традиции патриархальные. Муж должен служить или работать, а жена заниматься семьей, в первую очередь детьми. Может, и верно. Если женщина весь день на работе да, вернувшись домой, примется готовить ужин, когда ей приласкать детей, почитать сказку, погулять? Это большевики сделали женщину работницей. И призывы были: «Женщина – на трактор!» И женщины шли, беря пример с Паши Ангелиной. Или еще на железную дорогу путейцем, с молотком. Да много еще куда.

Мария пригласила пройти в гостиную, присесть в кресло.

– Не сподобился, дьявольское зелье.