Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года

Но не лежала его душа к тайным операциям. То ли дело узнать местоположение штаба и лихим наскоком разгромить, взять пленного, причем не рядового, а офицера и чином повыше. Допросил – и все сведения получил. Или подобраться к важному складу и взорвать его, как он делал в оккупированной Москве. Тогда дивизия, а то и корпус неприятеля останутся без пороха или других артиллерийских припасов и вести полноценные боевые действия не смогут. То есть по душе диверсионная работа, когда можешь видеть результаты своего ратного труда.

И глазу приятно, и сердце радуется. А разведчик, даже если добыл в стане врага важные сведения, не уверен – пригодятся ли? У противника могут измениться планы, либо наши генералы до конца не осознают важность какого-либо события или плана врага. Не каждый генерал, даже успешный, аналитик. А только анализ на основе данных разведки позволяет нанести упреждающие удары по врагу там, где он не ожидает. Тогда будет удача, причем малой кровью. На войне без потерь невозможно, но тот полководец хорош, который сбережет дивизию, корпус, армию для дальнейших действий.

Замешкался с ответом Алексей. Добринский его колебания заметил.

– Не могу настаивать. Служба деликатная, секретная, опасная. Порой улыбаться приходится, а в душе убить готов, потому как перед тобой враг, сильный и коварный. Даю время на раздумья. Я буду в Москве еще неделю, перед отъездом загляну. Всего хорошего.

Алексей попрощался и вышел. Встал на крыльце, задумался настолько, что не заметил, как полковник подошел.

– Что, Алексей Иванович, задумался? Добринский подбивал тебя перейти к нему на службу?

Полковник засмеялся:

– Добринский еще до войны с Наполеоном в полк заезжал, выбирал офицеров со знанием французского, кто согласен служить в Особенной канцелярии. Один из офицеров полка согласился. Должен сказать, карьеру сделал. Ушел прапорщиком, а недавно полковника получил, два ордена имеет. Я на днях его видел, доволен.

– Павел Яковлевич, вы меня специально провоцируете? Проверяете – соблазнюсь или нет? Не нравится мне разведка.

Лицемерить, улыбаться, подкупать продажного чиновника, быть все время не собой, под личиной.

– Да это я так. Мы уж сколько лет знакомы? Я в вас, Алексей Иванович, не сомневался. И скажу – грешен. Полагал, как уйду в отставку, вас рекомендовать на командира. Думаю, к тому времени уже до майора дослужитесь.

Алексей удивлен был и едва это скрыл. Оказывается, у полковника на него свои планы.