– Каких условий? – поначалу не понимаю.
– Твоя мать очень хотела развода, и я дал его ей в обмен на обещание больше никогда не смотреть ни на одного мужчину. Взамен она выставила свое условие и запретила мне появляться на пороге ее нового дома. Мне разрешалось наблюдать за ней и тобой только издали. И я наблюдал целых двенадцать лет, а потом меня не оказалось рядом тогда, когда больше всего был ей нужен… Твою мать убили и изнасиловали заезжие наркоманы, Ясмина. Теперь ты понимаешь, почему я все время так сильно боялся за тебя?
Мой мозг не сразу воспринимает новую информацию.
То, что маму убили, я давно поняла, но не знала никаких деталей. И сейчас мне вдруг вспоминается случай у реки, когда на меня в шесть утра напали двое укурков. Как же дико я тогда испугалась, как мне было больно и жутко. Но меня спасли, а вот ее нет…
Снова горько всхлипываю, чувствую, что во мне копятся ведра слез.
– Ну-ну, Ясмина не плачь, то горе давно ушедшее. Скажу тебе так, я досконально усвоил тот жестокий урок!
– Ты? – Не понимаю, при чем тут он.
Отец сразу же поясняет:
– Вот почему я над тобой так строжился после того, как взял к себе! Не смог защитить твою мать, но поклялся защитить тебя. Тренировал, готовил к встрече с убийцами и насильниками. Единственным моим желанием было, чтобы ты смогла за себя постоять.
Знакомая песня. Только вот ошибся папашка, не помогли мне его уроки. Если бы Захар не спас меня тогда, я вполне могла разделить судьбу матери.
Отец цокает языком:
– Но тогда я не учел главного – не все люди рождаются сильными.
Ты – слабая ветка нашего рода. Поэтому мне надо было не готовить тебя к встрече с опасностью, а наоборот, защитить любой ценой. Поэтому ты здесь, милая! В этом бункере тебе ничто не угрожает. Никто не знает об этом месте, никто тебя здесь не найдет. Ты навечно будешь защищена…
Ах, вот в чем состоит его гениальный план!
– Ты никак не учел, что я могу не захотеть здесь оставаться?! – пищу почти на ультразвуке.
– Неразумное дитя. – Он снова цокает языком.
– Я беременна, папа! Ты не можешь закрыть здесь беременную женщину…
Отец лишь морщится.
– До рождения ребенка еще много времени, Ясмина. И вообще, мне не нравится твое поведение, ты слишком дерзкая. Посиди здесь и подумай над тем, как нужно общаться с заботливым родителем.
На этом он встает и идет к лестнице, ведущей наверх.
Наверное, впервые в жизни мне не хочется, чтобы он уходил. Я боюсь остаться в бункере одна.
– Стой, куда ты! – тут же подскакиваю, бросаюсь следом.
