Предлагаю подождать, пока наши мамы договорятся. А что, эти украшения много стоят?
– По моим оценкам, двадцать-тридцать миллионов. Конечно, после вычета налогов сумма станет вдвое меньше.
Но все равно деньги были огромные. Пенни даже присвистнула от удивления.
– Да, такого я не ожидала. Значит, в итоге Валери может получить десять-пятнадцать миллионов. Она станет действительно богатой женщиной. Да, удивительная история. Чувствуется рука судьбы. Прекрасно, когда с хорошими людьми происходят хорошие вещи.
Твоя мама заслужила это.
– Да, – согласился Филипп. Он был рад за нее и не думал о том, что однажды эти огромные деньги перейдут к нему.
– Ну, давай начинать. Завтра я пошлю кого-нибудь к старой няне. Кинь мне письмо с адресом Фионы, а сам поговори с мамой насчет теста ДНК. Пусть она позвонит мне, а я подготовлю запрос на эксгумацию тела Маргериты. Все не так сложно, как звучит. И если тест покажет, что Валери – ее дочь, то делать больше ничего не нужно.
Да, конец истории будет проще, чем ее начало, и счастливее, думал Лоутон.
Может, мама чуть повеселеет, когда ее признают наследницей Маргериты. Хотя, конечно, никакие деньги не заменят ей матери.
Филипп вышел из офиса Пенни в половине восьмого и, как только пришел домой, позвонил матери. Валери тут же согласилась пройти тест ДНК и продиктовала ему адрес дома престарелых в Нью-Гемпшире. Она сказала, что позвонит Фионе и предупредит о предстоящем визите властей, что и сделала в тот же вечер.
Фиона заявила, что с радостью даст показания.
Теперь Валери надо было договориться насчет теста. Она решила позвонить своему доктору завтра утром. У нее вдруг появилось сильное желание убедить всех вокруг, что Маргерита – ее мама, хотя этого никто не отрицал. Во всяком случае, пока. Но Валери хотела официального подтверждения, что у нее была любящая мама.
Наконец, Валери позвонила Винни. Она решила, что сестра должна быть в курсе происходящего. Винни внимательно выслушала ее и ответила недовольным голосом:"
"– Все это очень неприятно – выкапывать тело, делать тест ДНК.
Я бы хотела оставить все как есть и не ворошить прошлое.
Но в таком случае наследство Маргериты досталось бы государству, и это Винни тоже не нравилось. Она уже не злилась на Валери, а просто жалела о том, что сестра – то есть теперь племянница – узнала правду. Винни предпочитала прятать голову в песок и была расстроена, что сейчас не могла так поступить.
