На этот удар я затратил много сил, отчего у меня потемнело в глазах и закололо в груди, но их роса вернула меня в норму, и дальше я старался действовать экономнее… Задерживая дыхание, утаскивал тварей в песок или насаживал их на песчаные колья.
""В воду!!!"" — прокричал Оркус, и они с Тимом начали пятиться к озеру. Но тут раздвигая кустарник, на берег вышла громадная тварь ростом около четырех метров. Она была чем-то похожа на своих меньших товарок, но кроме большого роста, также отличалась от них крупной мускулатурой, широкой пастью и четырьмя рогами, двумя побольше на голове и двумя поменьше на скулах.
Тварь громко взревела, и нацелилась на Оркуса, побежав в его сторону. ""Не-е-ет!!!"" — с ужасом крикнул я, и выжимая своё ядро до донышка, собрал возле себя гору из песка, в которой сформировал укрепленный песочный шар, а после навыком нырок с силой вытолкнул его в сторону твари. Всё это я проделал на инстинктах, особо не задумываясь, и даже удивился, когда каменный шар метрового диаметра сбил огромную тварь.
От сильного удара она, кувыркаясь, отлетела к озеру, и там сидя на заду в воде, ошеломлено вертела башкой, осматривая берег. ""Страйк!"" — прошептал я, а потом пришла боль, которая сковала всё тело. У меня закружилась голова и потемнело в глазах, и уже в уплывающем сознании, я увидел, как удивленно расширились глаза твари, когда её начали оплетать щупальца. А вот и Ктулху подоспел к вечеринке, была моя последняя мысль, перед тем, как вырубиться.
Глава 44
Очнулся я от острой боли в левой руке.
— А-а-а, сука!!! Вода же соленая! — прокричал я, глядя на свою искалеченную руку.
— Это да, — нервно гоготнул Оркус, над моей макушкой.
Оглядевшись, я увидел, что мы плыли по мелководью вдоль берега, держась за большую корягу, которую своим навыком толкала Лиза. Меня же, обхватив под грудью, одной рукой держал Оркус.
— Давай я сам, — сказал я, и здоровой рукой ухватился за плавсредство.
Не заметив Зака и моего телохранителя, я спросил:
— Это все, кто выжил?
— Да, — печально ответил Оркус.
Посмотрев на него, я увидел на его лице глубокие борозды от когтей, ноздря, как и обе губы были порваны.
— Смотрю и тебе досталось?
— Херня, быстро заживет, — отмахнулся он.
Я перевел взгляд на Тима, на его плече были неглубокие следы от когтей твари, и сильно порвана щека, от уха до подбородка. Тим тихонько всхлипывал, его рубашка была залита кровью, а сквозь мокрую ткань я заметил перебинтованную грудь.
