Наследие Сири

Вторая кровать осталась мне, но я ее использовала как стол для глажки и хранения чистых салфеток. Драс еще принес самогон. Я перелила его во вторую флягу. Он усадил меня, и дал в руки миску с мясной кашей.

— Если ты не поешь, ты просто упадешь, и вы умрете оба. Просто затолкай в себя все это.

— Почему ты так добр к нам, Драс? — я смотрела на него, и автоматически доносила ложку в рот, немного жевала и глотала.

— Я вырос с вами, Сири, и у меня нет никого роднее семьи Севара. Мать Бора ушла вместе с моими родителями, после того, как васары напали на деревню.

они были тяжело ранены, ушли в миру один за другим. Севар потерял Брана, потом жену. У него остались только вы. И у меня остались только вы.

— А у нас сейчас остался только ты, — искренность сказанного удивила даже меня, но это было правдой. Севар был флегматичен, эмоционален и очень раним. Он большой сильный слон, которого можно сломать потерей любимого или друга.

Радовало, что в доме были все свои. Хозяева перешли жить в сарай.

Наши кони стояли в хорошем загоне за домом, с ними ночевали двое людей из дружины, остальные были в доме. На соломе ночью расстилали шубы, но им пришлось развести костер ближе к выходу, я не пускала к кровати людей в шубах."

"Вечером рана стала еще краснее, и швы начало выворачивать, вот-вот начнет гноиться. Я плохо понимала, что будет после хлеба, но у нас не оставалось вариантов. Остывшую мазь я процедила через несколько слоев тряпки, переложила в горшок, и накрыла промасленной тряпицей, сверху сухой.

Завязывала плотно. Начала накладывать на рану сразу, густо не гнушалась вдавить в рану, чтобы глубже в нее занести прополис. Боялась дать большую дозу внутрь, поэтому по чуть разводила прополис в теплой воде, и поили по ложке несколько раз в день.

За хлебом я следила неотрывно — нужна постоянная температура. Я вертела его около очага, иногда открывала пузырь, рассматривала пушистую бригаду врачей на хлебе, и сбрызгивала еще теплой водой — давайте, ребятки, растите быстрее, прошу вас.

Когда ложилась спать, только Драсу доверяла следить за хлебом — слишком жаркий огонь убьет всю колонию, а холод затормозит процесс созревания.

Три дня хлеб лежал у хозяйки, у нас требовалось подержать его еще около трех дней. Ножом наскоблила чистого ола, чуть разбавила кашицу водой, процедила, и этой сладкой водой сбрызгивала мою растущую колонию в бычьем пузыре. Дело пошло веселее.