Одеты в черное. Глостеров называли «Цель» и по номерам.
— Что вы делали в доме?
— Давайте так… вы приедете и обсудим, я здесь, никуда не ухожу. А сейчас посмотрю — возможно, моя помощь нужна пострадавшим в доме.
И оборвала связь. Не хотелось общаться с представителями закона без Гэбриэла, а вдруг я не все события правильно трактую. Лучше вместе будем отвечать.
Я обернулась навстречу тяжелым, медленным шагам по ступеням. И бросилась к идущему с третьего этажа, качающемуся Гэбриэлу. Лицо его было в копоти, на бедрах — разорванный кусок простыни.
— Леди Химену оставил в спальне, — прохрипел он. — Как ты?
Сейчас оборотень ничем не напоминал того бодрого, полного ярости гигантского волка, в хлам разнесшего тяжелую воздушную машину. И не походил на громилу, уложившего врага на первом этаже. Гэб снова превратился в стройного молодого парня, больше напоминавшего студента, чем опасного зверя, которым на самом деле являлся. Природа хитра и часто прячет сюрпризы в самых невинных вариантах.
— Я нормально, — бросилась, подставляя плечо, но вес оказался удивительно тяжел и меня буквально снесло на ковер, вместе с теряющим силы Глостером. — Господи, что с тобой? Принести воды?
— Ничего страшного, — он сипло хохотнул, сграбастал меня за плечи, не давая побежать за питьем. — После оборота бывает небольшая слабость, а трансформировался я не хило. Испугалась? Холли, к слову, тебе не кажется веселым, что мы постоянно оказываемся на полу? Как думаешь, на что нам судьба намекает?
— Мистер Глостер, судя по тому, как вас травят и стреляют, у судьбы весьма странные намеки, мне мало понятные, — от кипящего жаром мужского тела головокружительно пахло пряностями и ароматом свежесрезанной зелени.
Я невольно вспомнила вкрадчивый мятный оттенок, которым благоухал Джез… — Ты был не страшным, а скажем так — впечатляющим.
— О, это ты еще не всего меня видела, — он хохотнул. Но я видела, что все не так весело, как мне хотят показать. Пальцы Гэбриэла подрагивали, грудная клетка ходила раздуваемыми кузнечными мехами.
Он оперся на поручень лестницы и поднялся на ноги с явным усилием. — Как остальные в зале? Проклятье, надо узнать о больных в подвалах.
— В зале так и сидят на стульях без сознания, — вздохнула я, становясь рядом. Прекрасное платье, на которое я возлагала столько надежд, было окончательно испорчено. Наверное, вместе мы походили на погорельцев. — Я вызвала полицию, они же из ваших? Вот и проверят заболевших.
