— Как прикажете, мадам, — почтительно склонил голову дворецкий, покидая покои секретаря. Мне же пришлось вернуться к дивану. Отдав одну газету Кипу, я оставила себе вторую и, развернув её, на первой же странице разворота увидела крупный заголовок: «Семья Доуман банкрот».
— Как необдуманно, — с усмешкой проговорила, быстрым взглядом пробегая по строчкам, — на месте Сефтона я бы подала на эту газетёнку в суд, слишком громкое заявление. Ни одного факта, одни домыслы, хотя мне это на руку.
— Хоккинс пишет аккуратней, но и здесь полно занятных фраз, после такого я бы точно не стал подписывать договор с Доуманом, — прокомментировал Кип, и мы обменялись газетами.
— Ну да, Аманда прошлась по фактам, сопоставляя предыдущие события, — усмехнулась, искренне гордясь девушкой, — кто не дурак, легко соединит все нити. Кстати, Аманда рассказала мне, что вы были ранее знакомы…
— Ты хотела принести письма, — напомнил Кип, не желая разговаривать о девушке. Я настаивать не стала, этого его право, захочет — поделится своим видением их ситуации.
— Точно, письма, — с улыбкой произнесла, широким шагом двинулась к двери, на ходу добавив, — но сначала посмотрю, что там за цветы и ящики.
— Я с тобой…
— Лежи уже, Барни позову, — отмахнулась от предложения болезного, прикрывая за собой дверь.
Прежде чем отправиться вниз, я заглянула к себе в покои, быстро умылась, заплела незатейливую косу и надела один из своих немногочисленных нарядов. Прихватив с собой кружку с так и недопитым чаем (нечего девчатам за ней на второй этаж подниматься, у них и без того дел хватает), я уже через несколько минут ошеломлённо взирала с лестничного пролёта на цветочный магазин.
Даже две огромные коробки скромно ютились у стены, так много было корзин с цветами.
— Мадам, это всё вам! — воскликнули два восторженных голоса девушек, которые, замерев у входа, любовались прекрасными и ароматными цветами.
— Натиша, там есть карточка? — спросила, спускаясь на первый этаж, продолжая в уме считать корзинки.
— Да, госпожа.
Проверить?
— Посмотри от кого они.
— От Фрэнка Доумана для любимой жены, — хмыкнула Натиша. Девушка была в курсе, что я подала на развод и что в мой дом ему и семейству Доуман вход запрещён.
— Кхм… старается, — промолвила, с сожалением окинув заставленный пол в холле, и задумчиво произнесла, — выкидывать не будем, чего добру пропадать. Есть мысли, где их можно продать?
— Продать?! — изумлённо воскликнула Нел, но тотчас довольно протянула, — есть знакомая одна.
