Наследница долины Туманов

Хочешь, чтобы у нашей Амэллы истерика случилась?!

– Могли бы и намекнуть ей, чтобы переоделась, – брюзжание старушки набирало обороты. Она пошла в словесную атаку. – Сложно догадаться, оставить ей ночную рубашку на кровати в ногах? Или кого из женщин позвать: чай не вымерли мы тут ещё. Конечно, она вас боится. Вы же при ней гору трупов оставить способны, а рубашку – нет. Это для вас, видимо, куда сложнее.

Вот она моя старушка. И ведь не опасается гнева его. Я бы так не смогла.

– Старуха! Повежливей-то будь. Ты мне ещё указывать будешь, что с собственной женой делать.

Насторожённо я вслушивалась в этот тихий скандал: они шикали шёпотом друг на друга. Но столько эмоций при этом. Определенно, моя няня нашла достойного соперника.

– Я за своей княжной с пелёнок ухаживала, – тихонечко рявкнула ия Лунсия, – и сейчас хоть режьте – не оставлю её.

Каил какое-то время молчал. Дверка шкафа скрипнула и снова раздалось эхо тяжёлой старческой подступи.

– Я всегда предполагал, что совершенства не бывает! И у моей избранной всё же найдётся изъян. Но кто же знал, что это будет старушка с очень длинным языком, – в голосе гера слышалась обречённость. – Мне что её сейчас раздевать?!

– Нет, пусть уж спит, – пробубнила нянечка, – но впредь, следите!

– Тебя забыл спросить, – огрызнулся грозный северный завоеватель. – Надеюсь, ваши боги скоро тебя приберут!

– Пока вашего первенца на руки не возьму, и не ждите! – выдала няня.

– Повесить тебя за дерзость, что ли? – Каил плавно перешёл к угрозам.

– А Амэлле что скажете? – я сглотнула, ожидая его ответ.

– Знаешь, на что давить, – мужчина сел на край кровати, – не зря жизнь прожила!

Лучше иди вон со спальни, пока я не придумал для тебя несчастный случай. Меня ещё никто так не выводил из себя! И главное, правду рубишь!

Ия Лунсия благоразумие всё же проявила и тихонечко вышла, скрипнув дверью.

Моего лица коснулась тёплая ладонь.

– Я знаю, что ты не спишь, – тихо шепнул северянин.

– Не называй её так, – попросила я, не открывая глаз.

Гер Каил тихо хмыкнул.

– Ей нравится мне дерзить, – негромко проворчал он, – а с меня не убудет Я наполню ванную и отнесу тебя в неё. А пока я вожусь с водой, раздевайся.

– Не хочу, – смутившись, я распахнула глаза и уставилась на северянина, не мигая.

Я, вообще, не представляла, как перед ним обнажить своё изувеченное тело.

Я казалась себе уродиной.