Наследница долины Туманов

– Ау нас не было хозяйства, – потеревшись носом о мои колени, он проказливо пригладил щиколотку и скользнул выше, обжигая кожу прикосновениями. – Мы, вообще, бедно жили. Мама-то нас еле тащила, а когда узнала, что в соседнем харае осиротели сводные братья, забрала и их. Пожалела мальчишек. Их отец славился своей похотливостью. Так и не встретив свою избранную, принялся тащить в постель всё, что не приколочено. В каждом харае за собой выводок оставлял. Вот и мама прознала про очередную насильно отлюбленную. А когда та не смогла разродиться и померла, решила, что не дело родную кровь оставлять.

Вообще, она тогда пошла за Вульфриком, ну и Обертона прихватила, не бросать же малыша.

– А твой отец, – тихо спросила я

– Не знаю, вроде как один из воинов все того же варда. Я никогда особо им не интересовался. У меня были братья. Я помню, как Сай постоянно таскал меня на себе. Я ведь пожиратель, болел постоянно. Многие так и умирают: тьма выедает изнутри. А у мамы и я такой, и Итан. А тут ещё двое мальчишек Тяжело было.

Вульфрик, самый старший из сводных братьев, в лес ходил, на кабанчиков охотился. Он из кожи вон лез, чтобы не быть обузой мачехе. А я из харая нос не выказывал. Но однажды мальчишки с соседнего дома обозвали меня слабаком. Это так задело, что я решил сам добыть животное в лесу.

Каил замолчал и выжидательно на меня уставился.

– И? Добыл? – не удержавшись, всё спросила я.

– Нет, но научился быстро бегать, – рассмеялся он, – а ещё тьма вырвалась, наконец, наружу.

– Тебе повезло.

– Идеальные убийцы, – улыбнулся он.

– Да, карателей часто используют как палачей, – подтвердила я его слова, вспоминая, как легко он нажал на рычаг и лишил человека жизни.

– Это вполне логично, – Каил пожал плечами. – Чужая смерть не трогает нас. Важны лишь те, кого любишь. Для меня – это мать, братья, их жёны и дети. Но главное моё сокровище – ты!

Северянин, не сводя с меня взгляда.

– Все остальные для меня, что мухи, – продолжил он свою мысль. – Мне ничего не стоит их отпустить или же раздавить полотенцем. Всё зависит от того, раздражают они меня или нет.

Потянувшись рукой, я робко обвела пальцами контур его подбородка. Ощутила, как колется жёсткая щетина. Этот кусочек из его детства, рассказанный мне, сделал его чуточку понятнее.