Наследница долины Туманов

Но ты у меня всё же малышка приличная, так что я смолчу, – хмыкнул он. – На севере, Амэлла, неприлично жену взаперти держать, неприлично её морально ломать и физически терзать. А поцеловать любимую половинку своей души очень даже прилично.

Поджав губы, я не знала, что ответить. Он был совсем не таким, каким я привыкла видеть мужчину. Его слова и поступки ставили меня в тупик. Я не понимала, как себя вести, как реагировать на такие откровения.

Над нами в вышине раскидистой кроны лиственного дерева зазвенела птичья трель.

Прикрыв глаза, упивалась секундами счастья. Мне было так хорошо и легко, даже боль в ране отступила и. казалось, утихла. Лёгкий ветерок коснулся моего лица и отвёл в сторону тонкие прядки волос, ниспадающие на глаза."

"– Ты безумно красива Амэлла, – странно хриплым голосом прошептал Каил, – совершенство. Я даже не знаю, что такого хорошего в жизни совершил, что боги подарили мне тебя.

Смутившись, я опустила голову и залилась краской.

– Моя девочка, – его рука скользнула по моей спине вверх и сжала затылок, – посмотри на меня, Амэлла.

Жутко смущаясь, покачала головой.

– Я прошу тебя, – его губы лёгкими поцелуями вспорхнули по моему виску, щеке и остановились у уголка рта, – поцелуй меня. Сама без принуждения. Подари мне эту ласку, сделай счастливым.

Он не отстранялся, позволяя мне самой повернуть голову, но я боялась. Сама не понимала чего.

Легкое почти воздушное касание.

Подавшись вперёд, он сделал его более осязаемым и немножечко грубым. Чужой язык обвёл мою нижнюю губу и скользнул дальше. Поцелуй стал слаще и глубже.

Он пьянил и лишал разума. Заставлял забыться, потеряться в ощущении томления и ожидания чего-то большего. Горячая волна прошлась по моему телу, и скрутилась тугой спиралькою внизу живота.

Вздрогнув, я всё же попыталась отстраниться.

Каил не стал препятствовать: ослабив объятия, заглянул в мои глаза и улыбнулся.

– Спасибо, – проведя указательным пальцем по моей щеке, остановился у губ. – А теперь расскажи мне, какими эти земли были до того, как тот слизняк, которому я недавно обрезал… – он запнулся и подобрался, – которому я затянул петлю на шее. пустил тут всё под откос.

Смутившись, я попыталась вспомнить Хумьяра, болтающегося на виселице.