Если раньше к затее с Академией относилась скептически, то теперь имелось, по меньшей мере, две причины, чтобы желать там остаться. Во-первых, тамошний компьютерный клуб давал мне возможность скрытно вести свою деятельность. Во-вторых, там была Лада. Полностью терять с ней контакт не хотелось. Да и альтернатива тревожила. Неизвестно, что тогда Антипов решит со мной делать и как использовать. Фактически, я ведь нарушила один из пунктов вассального договора, не поддержав сюзерена в нужный момент. А значит, и Леонид Константинович мог потребовать пересмотра условий.
О моих привилегиях в плане выбора спутника жизни, к примеру.
– Пока дам тебе еще один шанс, – несколько успокоившись, сообщил Антипов. – Попробуешь исправить ситуацию. Но в дальнейшем во всем… повторяю, абсолютно во всем ты должна поддерживать Власту! Поубавь гонор, которого в тебе слишком много для орны! И вспомни, наконец, что ты сама выбрала такой путь, – холодно добавил. – Ты теперь не керна великого рода. А значит, веди себя соответственно.
Обидно. Но опять же, в чем-то справедливо. Сама отказалась от тех привилегий, которые давал статус дочери Бакеевых. Так что должна пожинать плоды.
– Веди себя скромно и дальше держись незаметно, пока эта неприятная ситуация не изгладится из памяти. И если я услышу от Власты или кого-нибудь другого о том, как неподобающе ведет себя мой вассал, пеняй на себя! Шутки кончились, Елена. Хорошего отношения ты, похоже, не ценишь. Значит, буду держаться с тобой жестче.
К твоему же благу, кстати. Никто из тех, кто выше тебя по положению, не потерпит неуважения от нижестоящего. А это коснется и нас, как твоих покровителей. Если ты до сих пор этого не понимаешь, придется прямо сказать. Накосячишь по-крупному, не ожидай, что я постоянно буду тебя прикрывать. Зачем мне неуправляемый вассал? Все поняла, девочка?
– Да, – глухо произнесла."
"Мне вполне четко указали на мое место, отбросив любезности и экивоки. И если я не желаю в лице Антипова и правда заполучить врага, придется прислушаться.
Но как же противно при одной мысли о том, чтобы во всем угождать Власте! Уж она не преминет отыграться по полной! Но и открыто выступить сейчас против принятых в обществе правил – глупость несусветная. Я в этом мире никто. И пока не обрету твердую почву под ногами, гордость придется засунуть куда подальше.
Вот только желание поскорее вырваться из-под опеки Антиповых возросло многократно.
