Неужели мои эмоции настолько очевидны? Или для него прочесть меня ничего не стоит?
— Не бойся, — ласково сказал он, без труда догадавшись о том, что я почувствовала, чем лишь прибавил паники.
Я уже жалела, что согласилась на эту авантюру, и рисовала себе самое страшное развитие событий.
Силантий покачал головой и мягко обратился к Надежде:
— Вы не могла бы выйти ненадолго?
— Конечно, — доктор бросила на меня ободряющий взгляд и удалилась, оставив на растерзание менталисту.
Воцарилась напряженная тишина, во время которой я боялась и глаза поднять на жреца, но чувствовала, что он меня рассматривает.
Первым нарушил молчание именно Силантий:
— Надежда сказала, что ты многое не помнишь из прежней жизни. Подозревает, что причина психологическая. В таких случаях ментальная магия может помочь преодолеть барьер, установленный подсознанием. Но для этого ты сама должна захотеть помочь мне. Не хотелось бы повредить тебе еще больше, если стану врываться в твою психику без разрешения. Я чувствую, что ты меня боишься и не доверяешь.
И поэтому вряд ли мое воздействие принесет пользу.
— Как я могу вам доверять, если впервые вижу? — вырвалось у меня.
Я все-таки подняла голову и посмотрела ему в глаза. Ощущение того, что меня видят насквозь, не исчезло, и это сильно мешало унять эмоции.
— Наверное, ты забыла о том, что каждый жрец перед тем, как начинает осваивать ментальную магию, дает клятву, — ласковый, почти бархатный голос поневоле успокаивал и убаюкивал, но все равно тревога моя полностью не уходила.
— Мы не должны причинять вред невинным людям. Так что нечего бояться, что я использую свой дар тебе во вред.
Как обтекаемо сформулировано — «невинным людям». А если, по мнению жрецов или законов этого мира, человек считается преступником? Тогда клятва нарушенной не считается? Ох, и не просты эти жрецы! А что-то мне подсказывало, что сама я легко могу попасть под иную категорию, как только Силантий поймет, с кем имеет дело. Да и вообще насколько велики его способности? Что если он уже сейчас знает обо мне все?
— Если вы умеете читать мысли, то должны и сами знать, чего я боюсь, — решила бросить пробный камень.
Силантий весело рассмеялся, отчего его глаза на какое-то время перестали казаться страшными.
— Вижу, ты чересчур переоцениваешь мои возможности, девочка! Большинство ментальных магов без напряжения могут лишь считывать чужие эмоции. А чтобы прочесть мысли или залезть в голову, понадобится приложить значительные усилия.
