Онлайн-библиотека книг
Значит, это милое несуществующее дерево — произведение Файона?
Ясмин отвела взгляд. Ей сделалось неловко. Она не знала, что связывает Примула с госпожой Канной, и знать не хотела. В голове тут же поселилась мысль, что он взрослел и рос рядом с ней, как с сестрой. Что госпожа Канна стала первой, кто поверил и доверился ему, став, в итоге, его первым экспериментальным материалом. Это ведь не произошло ни с того, ни с сего, они прошлой долгий путь прежде, чем он закончился у кроны Иггдрасиля.
Любовь не равна любви.
— Если я пойду снова в Чернотайю, то спрошу у матери что-нибудь для… госпожи.
— Спроси, Ясмин, — Примул качнул головой, но не отвел взгляда от жены. — Но это не изменит наших отношений.
— У нас нет отношений, — сказала Ясмин и вдруг поняла, что это правда.
Просто чужой человек. Незнакомец с лицом ее отца. Призрак давно умерших чувств. Даже меньше — призрак призрака. Ее отец жив, здоров и ректорствует, а по воскресеньям ездит на кладбище к бывшей жене.
— Да… Она выбрала Астера.
А. Так вот какие отношения он имел в виду. Не отношения с ней, а отношения с ее матерью. С мастером Гербе, которая обманула его ожидания.
— Если это вас утешит, то мастер Урожая не намного вас лучше, — весело заметила Ясмин. — Ну а я, пожалуй, пойду, одна из ваших девочек оставила мне Триллиум, так что не стоит меня провожать.
От статичной позы у неё затекло все тело, поэтому к выходу она развернулась со спортивной радостью. Свобода от отцовской любви оказалась сладкой. И чего она так мучалась?
— Я знал, что ты его обманешь, — ответил Примул. Обернулся. На изможденном, сером от неведомой болезни лице сияли гордостью все ещё прекрасные глаза. — Файон считает себя идеальным, но разве знание своей силы не есть слабость?
Ясмин замялась у выхода, не понимая, как трактовать это признание.
— Возможно, я ошибся, и вы с Абалем станете хорошей парой, — Примул все ещё смотрел на неё.
Это что, запоздалое родительское благословение? Ха-ха. Да пусть на бутерброд его намажет.
— Станем, не сомневайтесь, — Ясмин засмеялась от снизошедшей на неё легкости и выскочила в сад.
Запястье некрепко сжало. Рядом с Триллиумом сидела змейка, закольцованный в браслет, и смотрела обиженными глазами.
— Ой, — тут же извинилась Ясмин. — Я и не подумала.
