Да не коз! Тоже мне шутник!.. Ладно, попробую ему позвонить.
Она вновь набрала номер.
— Алло, Антон? Ты давно с Олегом виделся?.. Помнишь, у него тетка в Мытищах жила? Адрес не знаешь?.. Да нет, она точно в Мытищах… А может, фамилию помнишь? Распространенная такая фамилия… Я тоже никак не могу… Хорошо, Антон, тогда позвони, как узнаешь.
Положив трубку на рычаг, Вера прислушалась к голосам, доносившимся, скорее всего, из холла первого этажа. Самый резкий и громкий, без сомнения, принадлежал ее матери. Слов было не разобрать.
Вера вышла из комнаты и направилась к лестнице. Замерев на верхней ступеньке, она увидела, как Анна Федоровна с раскрасневшимся, перекошенным от гнева лицом отчитывает охранников:
— Да как вы могли впустить в дом этих проходимцев?! — выкрикнула она, меряя холл шагами.
Охранники попытались что-то сказать в свое оправдание, но Анна Федоровна резко оборвала их на полуслове:
— И как можно было не предупредить меня об этом?! За что я вам деньги плачу? И немалые, хочу заметить.
За что?! — она негодующе смерила их взглядом. — Все уволены. Все трое! С сегодняшнего дня!
— А меня ты тоже уволишь? — насмешливо спросила Вера, спускаясь по лестнице.
— Надо же! — Анна Федоровна повернулась к дочери, через плечо резко бросив охранникам: — Нечего стоять над душой, вы свободны, оставьте нас. — И, вновь переведя взгляд на Веру, с удивлением спросила: — Что такое? Моя дочь заговорила со мной! Впервые после шестимесячного бойкота!
— Это я впустила в дом этого мужчину и его спутницу, — спокойно объяснила Вера.
— О чем ты думала?! — взорвалась Анна Федоровна. — Ты документы у него спросила?
— Ну конечно. Он сказал, что готовит материал про отца. Пришел, чтобы взять у тебя интервью. Я думала, тебе будет приятно…
— Интервью? — не унималась Анна Федоровна. — Это шантажист!
Вера не на шутку встревожилась. С удивлением и сочувствием посмотрела на мать.
— Как ты могла впустить в дом этого проходимца?! — от волнения Анна Федоровна начала повторяться. — Оставить его здесь одного?! В смысле вдвоем… с этой… разнузданной девкой?!
— Мам, подожди, объясни, в чем дело?
— Он запросто мог меня убить! Я доходчиво объяснила?
— Стоит ли так преувеличивать? — тихо, но твердо оборвала мать Вера.
— Дожили! — выкрикнула рыдающим голосом Анна Федоровна. — Тебе теперь все дороже и ближе, чем родная мать! Хотя по большому счету тебе на всех наплевать. А знаешь почему? Да потому, что ты сама не мать!
У Веры что-то сжалось внутри.
