Наследник 2

— Андрей, да добей его уже, — рявкнул Хованский, силясь перекричать толпу.

Я медленно достал саблю и подошел к ляху, который с бешеными глазами смотрел на меня, в это же время нас окружили, не подпуская поляков и ругаясь с ними. Причем уже все обнажили оружие, но поляки хоть и ругались, но не спешили идти в атаку, прекрасно понимая, что все останутся здесь.

— Кто тебя послал? Говори тварь, — порычал я наклонившись к Анджею ткнув саблей в шею.

Вот только Анджею было плевать, он зажимал рану, рычал и пучил глаза.

«Он явно не в себе!» — понял я.

— Вот же ж, бесполезен, — прошептал я.

Движение кистью — и сабля врубается в землю возле его шеи.

— Знай, пес, что ты посмел поднять руку на русского князя, но я милостив и оставляю тебе твою собачью жизнь. Живи с этим, паскуда, — проорал я во всю глотку, пытаясь перекричать разошедшихся людей.

Которые начали оглядываться на меня.

— Пусть забирают эту падаль, — вновь проорал я, чуть пнул Анджея и, вытащив саблю из земли, убрал в ножны.

Народ же начал переглядываться и расступился перед поляками, которые тут же рванули в сторону Анджея, один из ляхов, молодой парень лет девятнадцати, кивнул мне с благодарностью.

Они положили Анджея на плащ и после, подняв, потащили. Сабля его осталась лежать на земле, Богдан поднял ее и передал мне.

— Надо было добить этого схизматика, — зло произнес Богдан.

Я лишь улыбнулся, не отвечая.

— Действительно надо было прирезать, — подошел ко мне старший Одоевски.

Я же кивнул, принимая похвальбу князя, там и Хованский что-то приятное сказал, а там и остальные, приходилось только кивать.

— Так чего не убил-то? — хитро поглядывая на меня, поинтересовался дед.

— А зачем он мне мертвый? Мертвые на вопросы не ответят, — осклабился я. — Сам знаешь, как царевы люди умеют спрашивать, а нет, так я и сам спросить могу, попозже.

Дед же кивнул, видимо, наши мысли были схожи.

— Андрей Володимирович. Доложить бы надо, — просительно протянул Василий.

— Ладно, поехали, — кивнул я.

Распрощавшись со всеми, я пообещал прийти на днях, если меня отпустят, конечно. После чего сел на коня, а вот Василию и стрельцам никто не дал коней, а то потом из царских конюшен их не допросишься обратно.

До кремля мы добрались меньше чем за час, коня я отдал Василию, а сам направился в свои «апартаменты».