— Сын да дочь имеется, — с непониманием пробормотал Микша
— Вот и славно, — кивнул я. — Ты Микша сейчас иди, в едальню там и жди, а о то что я спрашивай не болтай с теми кто у меня еще не был.
— Да княже, — закивал Микша. — Стало быть возьмете меня в полк? — смутившись спросил он.
— Конечно, такой орел, — хмыкнул я, и повеселевший Микша отвесил поклон и покинул залу.
— Окиш, — крикнул я, и он тут же откррыв дверь заглянул в зал. — Василия сюда, с писчими принадлежностями и зови следующего из желающего ко мне в полк.
Пришлось поскучать минут пятнадцать пока не появился Василий в руках у него были связки с гусинными перьями и бумагой, да чернильница.
— Андрей Володимирович, — отвесил мне легкий поклон Василий.
— Садись Василий, — я указал ему место подле себя.
' А я ему награду какую-то за службу давал хоть?' — промелькнула у меня мысль в голове, но я так и не смог вспомнить.
«Надо бы дать, лишним не будет, да и сторожей моих наградить не помешает» — решил я.
— Список будешь вести всех желаюших вступить в полк, я спрашиваю ты пишешь, — распорядился я.
— Сделаю княже, — тут же Василий расправил один из листов, положив ему на край резную дощечку дабы она не скатывалась и достав маленький ножичек начал затачивать одно из перьев.
— Как вернется Поздей, остальных в список запишешь, потом перепишешь, один мне пойдет, а другой Поздею отдашь, — Василий кивнул не отвлекаясь от процесса заточки перьев."
"— Окиш, — ну где тебя носит? — проорал я.
— Туточки, княже, — вновь заглянул он в дверь.
— Веди сюда уже, — грозно глянул я на него, и Окиш тут же закрыл дверь побежал на улицу.
И уже через пару минут на пороге появился следующий, и он мне тоже был знаком по встрече с тверскими, это был старший из той троицы с оспинами на лице.
— Исполать тебе княже, — хитро глянул он на меня, видать еще в прошлый раз догадался кто я таков.
— И тебе здравствовать, — ухмыльнулся я.
— Первак я, стало быть княже, — огладил он бороду, и я повторил все свои вопросы, ответы которые ссо всем усердием записывал Василий.
Потом был следующий и так все оставшиеся.
— Ух, — аккуратно отложил перо Василий и размял руку. — Умаялся я Андрей Володимирович, — произнес он когда за последним закрылась дверь.
— А мы ужо и все, — поднялся я из за стола и начал разминать спину, которая затекла за время разговоров.
— С каждым поговорил, — хмыкнул дед в бороду, он вместе с дядей Олегом после третьего опрошенного в залу завалились и внимательно слушали.
