К этому времени Василий уже привел Савку, который имел весьма болезненный и бледный вид, а при виде меня пошатнулся и сделал два шага назад.
— Княже Андрей Володимирович, — проблеял Савка, когда я подошел, и он отвесил мне поясной поклон. Вглядевшись в его глаза, я увидел в них опасение, и даже страх.
— Да, теперь я князь, только все тот же, — попытался я подбодрить его, вот только он смотрел все так же с опасением. — Помнишь, Савелий, как мы встретились, ты повел себя дерзко и даже нагло, — хмыкнул я. — Но это был именно ты, у тебя были трудности.
Ты не лебезил и не льстил и нравился мне именно таким, — я приподнял руку, на которой был именно тот перстень, что мы продали англичанину. Мы многое прошли, и ты рисковал точно так же, как и я, а то и поболее, ведь жил в Нижнем Новгороде и к тебе могли прийти в любой момент. Среди ближних моих людей много тех, кто мне друг и товарищ, с которыми всякое было, и, надеюсь, ты будешь среди них.
Савка ответил не сразу, он еще раз оглядел меня, а после тряхнул головой и заговорил:
— Люди меняются, Андрей Володимирович, высоко ты взлетел.
Царский родич ныне, первый боярин и князь."
"— Взлетел, — кивнул я. — Но надеюсь, это единственное, что изменилось, — тепло улыбнулся я и, шагнув вперед, обнял Савку.
— Ты мой друг, — тихо шепнул я ему.
— Благодарю, Андрей Володимирович, — смущенно ответил Савка.
— Позвал я тебя не только шутку пошутить, — покосился я на него, и он тяжко вздохнул. — Есть еще и дело к тебе. Стекло, которое я привозил к тебе на продажу, я его не покупал, а сам делал! — глянул я на него с хитринкой.
— Как? — замер он и удивленно на меня уставился.
— А вот так, — повел я плечами. — Нынче же здесь стекло буду делать, вот и мастерская, — кивнул я на кузню. — Возьмёшься им торговать на прежних условиях?
— Возьмусь, княже, а как же Кузьма Сухорук? Ему также долю давать? — сразу расслабился Савка.
— По-прежнему, он нам помог, когда нам нужна была помощь и отходить от своего слова я не буду! Слово мое крепко! Вот только хочу, чтобы торговлю не только в Нижнем Новгороде завел, но и во Владимире, а может, еще и в каком городе, сам тут думай.
— Так я ж один! Как я успею-то? Следить надо, дабы обмана не было, — пробормотал Савка.
— Подумай, может, с родичами помиришься. Все же ты теперь не просто будешь купец, а еще и княжий человек. Так что сможешь родичам нос утереть, — произнес я.
На лице же Савки появилась злая и пакостная улыбка, вот, чувствую, помирится он с родичами, но нервы им помотает.
