Наследник для дикаря

Зажмуриваюсь, чувствуя дикую, звериную силу, которую Марат в себе сдерживает.

Меня начинает трясти. Колотить.

Внутри разгорается такой жар, что становится трудно дышать. Я задыхаюсь. Особенно, когда веки Дикаря, вздрогнув, приподнимаются.

Хрипло рычит сквозь сжатые зубы.

Чувствую, как его руки дергаются. Но он замирает. Со скрипом еще сильнее сжимает челюсти. С силой опускает руки вниз так, что матрас просаживается.

Осторожно продолжаю вести по его лицу руками. Ощупываю. Знакомлюсь. Медленно провожу по волосам.

Снова осторожно прикасаюсь к его губам своими. Их вкус взрывает что-то внутри. Как фейерверком.

– Марат, – еле слышно выдыхаю, когда в ответ раздается его нетерпеливое рычание. А руки жадно накрывают мои ягодицы.

Дикарь превращается в миг в настоящего дикаря.

В глазах плещется черное пламя. Взгляд сбил бы с ног.

Но меня сбивает другое. Его жадные руки. Которые вмиг переворачивают меня на спину.

Горячее мощное тело уже придавливает меня к постели.

– Что с тобой не так?

Хрипло спрашивает Дикарь, зарываясь с жадностью пальцами в мои волосы.

– Ты боишься меня? Или просто не хочешь?

Глаза сами по себе распахиваются до боли. В удивлении.

– Скажи. Алмаз. Просто. Мать твою. Скажи. Что тебе нужно? Зачем ты ко мне пришла, если тебе приходится так себя насиловать? Я сказал уже. За правду прощу все. Но только за правду, Алмаз!

– Нет, – отчаянно мотаю головой.

Даже слезы на глазах выступают.

До ужаса. До мурашек по коже.

Задыхаюсь от его близости! До еще больших мурашек! Пальцы на ногах поджимаются только от одного его взгляда! И… В груди просто настоящий ураган! Он будто мой наркотик! Самый настоящий! Я ведь помню. Прекрасно помню, какая ломка у меня была после того, как он отказался от меня!

– Просто… У меня это все впервые. В первый раз. Все. Понимаешь?

Шепчу, не отрывая глаз от его дикого взгляда. Пока могу… Пока мои губы еще не смяты его жадным напором.

– Я… Я хочу понять. Прочувствовать. Узнать тебя, наконец! А ты… Ты будто размазываешь меня каждый раз своим бешеным напором!

– Я причиняю тебе боль?

Его лицо искажается, как будто ему самому больно.

Но лишь на миг. Секунда, и губы кривятся в жесткой ухмылкой.

– Я ведь предупреждал, Алмаз. Аппетит у меня крепкий! Если не готова выдержать, тебя никто не держит.

Обидно. Становится обидно до слез.