– Заткнись! Слушай сюда, держи вот эту склянку…
Не даю матери договорить, выхожу из-за угла и застаю интересную картину: сгорбившуюся у стены Хаят и возвышающуюся над ней злобной фурией маму.
– Что здесь происходит? – громко спрашиваю, подмечая мелкие детали: и какой-то странного вида пузырек в руках у матери, и конверт с деньгами – у работницы.
– Сынок, – замечают меня оба, но голос подает только мать, – давно ты тут?"
"От того, какой милый у нее сейчас голос, меня коробит. Скалюсь, стискиваю затем челюсть и быстрым шагом приближаюсь к этой женщине.
Пока она не опомнилась, отбираю бутылек с подозрительной жидкостью и держу его перед ее носом.
– Что это такое? – жесткость в моем тоне не оставляет сомнений, что шутки кончились.
– Это… – быстрый опасливый взгляд на Хаят, заминка. – Это витамины.
– Раз уж это витамины, как ты говоришь, то не будешь против, если я отправлю это на проверку в химическую лабораторию? – и без всяческих анализов мне ясно, что это какой-то яд, но я хочу услышать все непосредственно от матери.
– Шамиль, я… – прижимает руки к сердцу, закатывает глаза. – Что-то мне плохо, сердце шалит, помоги мне дойти до комнаты.
По состоянию лица и микромимике понимаю, что она симулирует, лишь бы избежать неугодных вопросов.
– Я ни в чем не виновата! – вдруг ударяется в крик и слезы Хаят, скатывается вниз по стене, обхватывает руками коленки, прижатые к груди, и начинает скулить как не в себя, – это все она…она…она…
– Тварь! – рычит мать, прекращая притворяться.
Ее лицо так перекашивает, что вся красота улетучивается. – Кто просил тебя рот раскрывать свой поганый?
Дальше нецензурная брань на нашем языке. И в этот момент приходит отец, наблюдая эту безобразную сцену. То чувство разочарования, что я испытывал в этот момент, не описать. Я ждал от родителей поддержки, а в итоге получил нож в спину от собственной матери. Оказалось, что она заплатила Хаят, чтобы та вытурила Эльвиру из дома любыми способами, а когда не вышло, захотела отравить.
– Собирай вещи! – грозно и твердо приказывает своей жене отец.
Лицо у него осунувшееся, словно он постарел на добрый десяток лет, но мы об этой ситуации не говорим. Вижу, как ему стыдно.
– Весь персонал уволить сегодня же! – звоню Сармату, новому начальнику безопасности.
Душу и сердце греет только тот факт, что Эльвира оказалась хотя бы не алчной и от предложенных денег отказалась. Еще раз убеждаюсь, что сделал правильный выбор, оставив месть и обиды в прошлом.
