Она забилась в его руках, а Кирилл рванулся вперед, но два дула, вжатые в лопатки, заставили остаться на месте и искать, искать выход…
Может, бывший муж по сравнению с ордой Сайдахова — не такой и плохой исход? По крайней мере, Андрей всегда казался жалким пронырливым слизняком, а не моральным уродом, который готов издеваться над женщиной ради того, чтобы потешить свое эго. Но ревность, чертова ревность и жуткий страх за жизнь дорогой ему женщины выгрызала в сердце дыру и мешала думать. Он не мог сосредоточиться на словах Сайдахова, суть ускользала.
"
"Только одно сейчас волновало — что другой мужчина лапает его женщину так, будто имеет на это право. Он хоть знает, что они разведены? Был в бреду и на больничной койке, когда слабой рукой подписывал документы. Но потом-то явно осознал. Так зачем она ему теперь? Не законная жена, беременная от другого, побывавшая в чужой постели.
— Спасибо, милая женушка, — глумился Андрей, — ты прекрасно исполнила роль отвлекающего элемента.
У нас все получилось, как мы и договаривались. Кирилл Святославович, а вам спасибо, что присмотрели за моей женой.
Глава 35. Есения
— Что за чушь ты нагородил? — я с отвращением вырвала ладонь из липкой от пота руки Андрея, которую он крепко стиснул, выволакивая меня из одной комнаты в другую. Потерла саднящее от боли запястье и отшатнулась от бывшего мужа, смотрящего сейчас со снисходительной улыбкой на мои попытки скукожиться и отгородиться от него.
— Отвечай! — с надрывом потребовала я, не желая терпеть промедлений.
Меня всю трясло, я беспрестанно косилась на стенку в другую комнату, где остался Кирилл в окружении недругов, как будто она могла стать прозрачной, а я — убедиться, что с ним все в порядке. Болело сердце, тошнило, в горле все пересохло, а по лицу лились жгучие слезы.
— Прекрати истерику, Еся! — прикрикнул Андрей и подскочил ко мне, встряхивая за предплечья. Мокрые волосы дернулись туда-сюда, противно, жалящими плетьми, налипли на щеки, губы, а у меня даже не было сил их убирать.
Я как-то вмиг ослепла, ослабела и потеряла ощущение пространства и времени.
Меня будто вышибло в другую реальность — темную, страшную, ужасную. И на этом пути у меня был проводник, жестокий незнакомец с личиной бывшего мужа.
— Я спокойна, спокойна… — бессвязный шепот срывался с сухих губ, потом я подумала, что могу расспросить Андрея обо всем. Пусть изгаляется, глумится, только скажет правду.
