Но ее, похоже, с легкостью переплюнули моих. «Я ходила в жутких обносках.» Господи… Я просто конкретный идиот.
И в груди, и в животе что-то оборвалось, и пришлось согнуться пополам от жуткой боли. Как будто в меня натолкали раскаленных камней. Сжигало изнутри. Я даже не понял, что изо всех сил стискиваю ладонь Марины, пока не услышал ее стон.
Выпустил ее пальцы, всматриваясь в равнодушное лицо. Она так и не пришла в себя, а я… К горлу подкатила тошнота. Я не смог сдержаться. Меня вырвало почти черными сгустками крови.
На языке остался привкус металла, соли и желчи.
Блядь! Это что еще за хрень? Я бросился в ванную, едва успев склониться над раковиной, когда скрутило во второй раз. В зеркале отразилось собственное лицо. Бледное и покрытое потом. Из носа тоже потекла кровь.
Меня вырвало еще несколько раз. Бордовой густой кровью со странным сладким привкусом. Карамель… Может, это действие Лилиного зелья? Надеюсь, ведьма меня не отравила. Поздно спохватился.
Дрожащими ладонями смысл с лица кровь, беззвучно смеясь над самим собой.
Я-то считал себя всесильным. Неуязвимым. Потомок первого оборотня. Почти всемогущий. И оказался абсолютно беззащитным перед проклятием и зельем.
Я вернулся к Марине. Наверное именно так выглядела спящая красавица. Прекрасная. И совершенно ко всему равнодушная. Холодная. К ней даже прикоснуться страшно.
Я протянул руку к ее щеке. Почему-то казалось, что могу ее испачкать. И сделать более земной. Не такой недоступной. Не смотря на то, что между нами было, я все еще считал ее неприступной креопстью, которую не взять, бросив на штурм все войска мира.
Я бы отдал все, что имею, лишь бы повторить тот момент, когда увидел ее, лежащей на столе. Такую соблазнительную и доступную. Только в моей рубашке. С растрепанными волосами. Искушающую. Предлагающую себя, как десерт. Будь у меня воозможность вернуть все назад, поступил бы я иначе?"
"Нет. Не смог бы сдержаться. Никто бы не смог. К бесконечнной череде моих фантазий добавилась еще одна.
Чтобы она снова сидела на столе. Передо мной. Расставив ноги и предлагая себя. Позволяя делать с ней все, что пожелаю.
Я застыл. Внутри все словно выморозило. На несколько секунд вдруг перехватило дыхание, как будто я неосторожно глотнул обжигаще холодного воздуха. По телу расползался лед.
Осознание происходящего оказалось неожиданным и ударило молотком по вискам. Вместо возбуждения при мыслях о Марине я испытывал… боль.
