Уже вовсю лил дождь, в воздухе пахло сыростью и пылью. Я вдохнул полной грудью. Так, чтобы прочистить мозги. Нет, кем бы она ни была, ни черта я не должен ее искать.
Такие, как я ориентировались по запахам. Мы могли ничего не видеть и не слышать, и запах вел бы нас. Потому что все, абсолютно все, обладает своим ароматом. Некоторые запахи сводят нас с ума. Они могут быть неприятными настолько, что кости корежатся. А могут… А могут вытаскивать наружу все нутро. Именно это и происходило со мной сейчас. Как наркота. Один раз попробовал — еще возможно соскочить.
На второй ты уже начинаешь привыкать. Третий — ты нуждаешься в этом и только в этом. На второй план отходят друзья и близкие, становится неважным, что ты превращаешься в животное. Лишь бы получить новую дозу."
"С этим чертовым сочетанием цветов, сладости и карамели я чувствовал, что подхожу к грани. Один вдох отделял от сумасшествия. Я хотел позволить зверю взять верх и отправиться выслеживать свою сладкую добычу, чтобы найти ее и испробовать. Попировать на ее теле и узнать, такое ли оно сладкое, как и аромат, который источает.
Я заставил себя шагнуть под дождь, едва сдерживая рычание. Холодный поток немного смывал морок, прогонял чертов дурман в голове. Я даже забыл, что сжимаю руках конверт. Быстро сунув его во внутренний карман, я неторопливо пошел к машине, давая время мозгу очиститься.
Никто не превратит меня в животное. В того дикого безумного зверя. Ни одна девка не заставит утратить разум, как бы охуенно она ни пахла.
Да, я любил быть зверем.
Мне это нравилось, и другой жизни я не хотел. Но один-единственный аромат мог похерить все, что я создавал на протяжении всей жизни. Это было чертово проклятье. Уязвимость в обмен на нечеловеческую мощь. Каждому берсеркеру была предназначена самка. Та, которая могла продолжить его род. Которая подходила ему идеально. Она была выкроена под него. Четко. Такая, что задевала внутри все.
От нее сносило крышу. Рвало ее. И так зверь, берсеркер становился просто диким одержимым монстром. Монстром, которому нужно было совокупляться со своей самкой, помечать ее своей спермой, чтобы никто и никогда не вздумал даже близко к ней подходить.
И зародить в ней ребенка. Наследник силы. Только о ее защите и благополучии беспокоился зверь. О ее удовольствии. Вот почему все мы до единого, как сумасшедшие, копили богатства. Влияние. Деньги. Чтобы тратить их на НЕЕ. Баловать. Радовать. Это заложено в нас с рождения. Тяга к власти. Потому что женщина выбирает сильнейшего.
