Я проникся и уверовал.
Марина попыталась откликнуться на свое имя, но во рту пересохло, и язык едва ворочался.
— Тише-тише… — Горячая шершавая ладонь накрыла лоб и успокаивающе погладила.
Марина с трудом подняла опухшие веки и тут же снова зажмурилась от света. Но мелькнувшее на секунду лицо заставило вновь распахнуть глаза, не смотря на резь и боль в висках.
— Да… Дагмар?
— Да, родная. Я здесь.
Она боялась даже поверить. Робкая, едва живая надежда, заставляла жить и дышать с новой силой. Но что, если это лишь иллюзия?
Марина заставила себя шире распахнуть глаза.
Рядом действительно был Дагмар. Он сидел рядом с ней и гладил ее по лбу, перебирая волосы. Выглядел он одновременно ужасно и устрашающе. Его лицо было покрыто жуткими кровавыми ранами, словно располосованное когтями животного. Некоторые уже успели затянуться, оставив кривые выпуклые рубцы светло-розовой кожи. В распахнутом вороте рубашки виднелись такие же страшные раны. Господи, сколько боли он вытерпел?
Марина заставила себя приподняться.
Раздался мерзкий писк, что-то больно кольнуло в сгиб локтя, но она все равно потянулась к Дагмару. Он обнял ее крепко и до слез правильно. Словно они уже вечность обнимались именно так, и это стало настолько привычным, что иначе невозможно было жить. Именно в таких объятиях и был смысл.
— Ты жив…
— Благодаря тебе…
Смутно знакомый голос прозвучал раздражающе громко. Так, что стало больно в висках:
— Эй! Вообще-то это мы тебя вытащили оттуда!
Другой голос тут же возразил:
— Тебя и близко не было.
— Как это не было?! Я пытался увести Марину.
Дагмар отстранился и посмотрел на кого-то у окна:
— А должен был вообще не допустить ее появления там.
Марина прищурилась, пытаясь совладать с расплывающимися контурами мужских фигур. Маттиас. И Радван. И Борис. Не было только Лили.
Марина вцепились в сильные плечи Дагмара. Какое же это было удовольствие — ощущать его твердые мышцы под ладонями. Тугие, крепкие и теплые. Внезапно захотелось, чтобы все ушли.
Ей нужно прижаться к нему и не отпускать, пока она не пропитается ароматом сладкой мяты.
— Где Лиля? Что с ней?
Маттиас закатил глаза:
— Засела за книги. Посреди разговора ее вдруг озарило, и она бросилась чертить какие-то закорючки.
Облегчение нахлынуло беспощадной волной. Марина обмякла в руках Дагмара и только сейчас поняла, что находится в больничной палате. Хотя нет, не в палате — это была та комната в крепости, где в прошлый раз лежал Борис.
