Которая давала ей туманные подсказки.
— Зачем вы здесь? Гости наверняка заметят ваше отсутствие.
Он невозмутимо рассматривал ее рисунки, перебирая один за другим и никак не реагируя на слова девушки.
— Ты бы стала не хуже Да Винчи. Если бы захотела. — Он развернул к ней один из набросков — уродливая ведьма, кипящая в котле. — Нарисуй это. Получится впечатляюще. — Он так резко сменил тему, что Марина даже не сразу поняла. — Ты опять пыталась избавиться от ребенка?
Девушка словно окаменела:
— Мой род должен прерваться.
— Это ты так решила?
Она не выдержала и закричала:
— Так говорят знамения! Этот ребенок не должен быть рожден. Я сама так выбрала. Ответственность будет лежать только на мне.
Мужчина, которого она назвала Владимир, спокойно взял следующий лист и принялся внимательно его изучать. Казалось, ничто не может поколебать его спокойствия.
Девушка вышла из-за стола и вырвала из его рук рисунок:
— Вы не понимаете, что творите! Если этого не сделать, то одна из моего рода родит ведьму, которая уничтожит всех вас.
Я видела, что нас ждет. Так много крови, как ни в одной из битв. Против нее не выстоит никто. Она будет способна поднимать из могил мертвых и подчинять их своей воле.
Владимир заложил руки в карманы, став еще больше похожим на Дагмара. Он спокойно выслушал девушку, глядя прямо на нее. Даже не моргая. От его желтого взгляда и впрямь становилось жутко.
— Это все, конечно, ужасно. Но твой род будет продолжен, хочешь ты того или нет. Если понадобится, мои врачи вытащат ребенка из утробы, но спасут ему жизнь.
Марина узнавала ту же непримиримую манеру, что и у Дагмара. Его не волновало мнение других — все будет так, как решил он.
Ведьма расхохоталась сквозь текущие по щекам слезы:
— Ей… Не ему, а ей. В моем роду нет мужчин… Я знаю, почему вы так стремитесь сохранить ей жизнь. Думаете, ее потомок будет служить вашему правнуку. Поможет ему найти свою невесту. Изменит их судьбу. Но нельзя ставить личную выгоду выше жизней тысяч людей.
Владимир никак не отреагировал на ее истерику:
— Меня не интересуют незнакомые мне люди.
А тем более те, кто будет жить после меня и даже не вспомнит моего имени. У меня есть обязательства перед моим кланом. Он будет процветать. Род Крушияновых станет самым влиятельным среди берсеркеров. И среди людей. Если потребуется ради этого сохранить жизнь самому дьяволу, то я сделаю это.
— Когда родится эта ведьма, ваш род прервется, а клан перестанет существовать.
Он казался совсем не впечатленным этими словами.
