— Просто он очень опасный человек. Ему принадлежат лаборотории, в которых что только не производят. А еще говорят, что он убил собственного брата.
Марина почувствовала, как рот открывается от удивления. Убил собственного брата? Что ж… Чего-то подобного и следовало ожидать.
— Почему его тогда никто не арестует?
— Какая же ты наивная… Это мне в тебе и нравится… — Слава начал играть с ее волосами, накручивая на палец туго завитые пружинки. Это безумно раздражало. Вернулось ощущение омерзения.
Марина вытянула собственные волосы из его пальцев и напомнила:
— Ты так и не ответил.
Если он убил брата, почему его не посадили?
— Да потому что он заправляет всем в городе. Он тут главный. Сначала был его отец, потом брат, а теперь вот он. Полиция будет делать то, что он скажет. Никто даже не подумает идти против него.
Если это действительно так, у нее точно нет против него шансов. Но и позволять ему продолжать то, что он начал в башне, она не может. Можно было надеяться, что он успокоится, получив то, что хотел, но… Но интуиция подсказывала, что это далеко не конец.
Снова бежать она не хотела. Ей нравилось в Логовце. Город был волшебным. Сошедшим со страниц фантастического романа. Старые мощеные улочки. Здания, похожие на миниатюрные замки. Развалины, которые дышали старым временем, древними битвами и душами тех, кто отдавал за них жизни. В Логовце царила мрачная, но сказочная атмосфера, в которую Марина влюбилась, едва оказалась здесь. Она чувствовала, что это место ее.
Что здесь она сможет спрятаться от невыносимой тирании родителей. Что здесь ее мечты смогут стать реальными. Она даже нашла подругу! Немного странную и явно с проблемами, но подругу."
"Она не могла позволить извращенцу, возомнившему себя хозяином мира, все разрушить. Не могла!
— А ты откуда все это знаешь? — Она отошла от Славы, понимая, что не выдержит еще одного его прикосновения.
Он замялся. На пару секунд на его лице промелькнуло недовольное выражение, но быстро исчезло.
— Ты провела с ним полчаса, и уже думаешь, что знаешь его лучше? Пусть тебя не обманывает его готовность дать денег на детдом. Он из тех людей, которые считают, что могут купить все на свете.
Слава так отчаянно убеждал ее в гнилом характере Дагмара, что невольно закрадывалось подозрение. Как будто это не она, а именно он стал жертвой насилия и униженния.
— Слав, мне нет до него никакого дела. А вот ты почему-то воспринял его приезд слишком близко к сердцу.
