Даже сейчас он опасен, кажется, что и не спит вовсе, что прямо сейчас распахнет веки — и я встречусь с его медовыми глазами, на дне которых горит пламя…
Сердце замирает, и почему-то я понимаю, что хочу застрять в этом мгновении, запомнить эти секунды, чтобы пронести воспоминание сквозь всю мою жизнь…
Так странно, еще вчера я уверяла, что забуду все как страшный сон, а вот сейчас разглядываю мужчину и не могу глаз от него оторвать, чувствуя, как что-то в груди нестерпимо ломит, болит, тянет…
Утро после свадьбы — самый счастливый день для невесты, когда она просыпается уже женщиной рядом со своим мужем…
И я… я, как и любая девочка, мечтала о прекрасном подвенечном платье, о любящем муже, в руках которого стану женщиной, а вот сейчас… сейчас я понимаю, что проснулась в чужой сказке, не в своей…
И это чувство оглушает, на дне глаз вспыхивают слезы, обжигают линзы, которые я так и не сняла…
Больно становится не только морально, но и физически, и эта боль… она отвлекает, дает мне шанс не сойти с ума, я тихонечко выскальзываю из-под руки уставшего за ночь мужчины и встаю в полный рост, замираю на цыпочках, оглядываюсь на Аяза, как воровка, боясь потревожить сон шейха.
"
"И застываю… Рассматриваю его литое и красивое тело, агрессивно брутальное, литое, сотканное из мышц…
Сердце сжимается, и я заставляю себя перестать смотреть на шейха, делаю шаг и чуть не вскрикиваю, ощущаю саднящую боль между ног, а еще влагу… в каком-то непонимании и шоке опускаю взгляд на бедра и чувствую, как по внутренней части скользит…
Не хочу рассматривать себя, не хочу следы страсти Аяза видеть, помню, что вчера он ненадолго оставлял меня, чтобы принести смоченное теплой водой полотенце, и протирал следы моей девственной крови, которой, как ни странно, было не так уж и много…
Тихонечко иду в сторону двери, за которой нахожу роскошную белоснежную ванную комнату с бассейном, буквально выдолбленным в мраморном полу.
Золотые вставки повсюду, и понимание, что, скорее всего, здесь действительно именно золотая фурнитура, а не позолота.
Присматриваться не хочу, подхожу к зеркалу и вглядываюсь в свое обнаженное отражение. Нахожу на груди алые полосы от жесткой щетины шейха, и что-то сладкое будто ударяет в живот… по телу дрожь проходит, а я не хочу на это все больше смотреть… не хочу запоминать…. Еще и глазам больно… Поэтому я не выдерживаю и вытаскиваю линзы.
Сжимаю их в кулаке и застываю, не зная, что с ними делать. Вновь надеть не рискну.
