В его руках другая…
Та, которую шейх называет иным именем…
Джамиля — «красивая» — вот смысл этого имени…
Шейх берет меня со всем своим пылом, он буквально заставляет мое тело петь, меняя позы и степень напора, с которой он врывается в меня.
То невыносимо, нестерпимо быстро, то нежно…
Я теряю счет времени в его руках… С губ срываются уже не стоны и крики, а тихие, едва ощутимые всхлипы…
— Мой прекрасный цветок… — вновь ласка и поцелуй, тихий шепот, который возвращает меня на землю после того, как я вновь почти отключилась, улетела куда-то, чтобы рухнуть со всей силы в затухающее наслаждение, которое вновь прокатывается по моему телу…
Мое тело в его руках — податливый воск, а у меня в какой-то момент просто силы заканчиваются, не могу даже пальцем пошевелить и падаю в спасительный сон, ощущая лишь на губах жаркий поцелуй.
— Спи, мой нежный цветок…
И как по щелчку веки слипаются, я просто уплываю в сон без сновидений, но даже тогда продолжаю ощущать сильную руку, которая будто скобой прицепила меня к массивному сильному телу…
Просыпаюсь от того, что мне тяжело и жарко, глаза распахиваются, и в первые секунды я рассматриваю расписной потолок с тяжелой золотой люстрой, не в силах понять, где я, что я…
Но уже через мгновение нападает осознание, я ощущаю себя прикованной к огромной скале, аккуратно, чтобы не потревожить сон мужчины, поворачиваю голову и на мгновение замираю…
Аяз спит…
Даже во сне лицо напряженное, жесткое, морщинка поперек лба, будто он даже в своей дреме занят решением каких-то проблем.
