Онлайн-библиотека книг
Льда и стали в темных глазах. Потому что тот мужчина за столом в покер отличается от того, кто сжимает меня в объятиях, словно небо и земля. У меня все тело словно превращается в спираль, сжимающуюся из-за жажды, которая просыпается в мужчине и находит отклик во мне. Его ладонь в моих волосах массирует кожу, спускается по хребту и очерчивает мои вздрагивающие плечи, сжимает с силой, до синяков на нежной коже.
Щетина царапает подбородок, а жадный язык хозяйничает в моем рту."
"— Валид… — шепчу, как только удается чуть отстраниться, а он в глаза мои заглядывает и там на дне его зрачков пламя полыхает.
Молния ударяет и импульсом простреливает все тело, прикусываю и без того израненную припухшую губу.
— Сладкая девочка, — повторяет пьяно и притягивает меня к себе, обнимает неожиданно целомудренно, и я утыкаюсь лбом в его сильное широкое плечо.
Осознание бьет на поражение, и я словно проскальзываю под панцирь отчужденности этого собранного, сдержанного мужчины.
Опять слезы текут по щекам, только сейчас они несут облегчение, потому что накатывает понимание, что неравнодушен, не все равно ему… Не все равно.
Поправляет бретель на моем платье, возвращает обратно, зарывается пятерней в мои волосы, а я глаза прикрываю, целует мой висок, скользит к ушной раковине и чуть кусает за мочку, а затем шепчет и я прикрываю веки, прикусываю губу, чтобы не разрыдаться, когда слышу жаркое признание:
— Не отдал бы тебя ему, никому не отдал бы…
Глава 19
Валид Байсаров
— Ну что же, господин Байсаров, твой ход, дорогой мой.
Шилов, как всегда, само радушие. Только за маской отчуждения еще та тварь скрывается. Я ожидал, что будет разыграна карта с документами. Мухоматов слишком мелок, чтобы осмелиться провести подобную операцию…
Как там говорили в Древнем Риме времен Цезаря — ищи того, кому выгодно…
И, кажется, мне и особо искать не нужно.
Хороший игрок. Жестокий. Умеющий отжимать и подчинять. У нас с ним всегда было много совместных проектов, но этот… европейская сделка, новые каналы, новые игроки.
Старость пришла за Шиловым, а он уступать не хочет свое тепленькое место. Интересная картина.
