Онлайн-библиотека книг
Байсаров смотрит холодно, оценивающе, но внезапно у него словно в глазах сверкает чем-то ярким, острым, он приближает лицо ко мне, к моим дрожащим губам, соленым от слез, с выступившей испариной и неожиданно подобно хищнику проводит по ним языком.
Вздрагиваю и, не отводя от меня глаз, он выговаривает и каждое слово сопровождается жестким вторжением в мое тело:
Падаю обессиленная от пережитого на грудь своего мучителя, который собирает мои волосы на затылке и заставляет откинуть голову, заглядывает мне в глаза, молчит, рассматривает своими цепко, в то время как я полностью выжата им, испита, не в силах даже слова вымолвить.
Дышу тяжело. Сердце колотится.
— Ты красиво кончаешь. Искренне, — звучит глухо, с рычащими нотками, в то время как Валид рассматривает меня алчно, уже не скрывая похоти, что разгорается на дне его глаз.
Там столько огня, желания и испепеляющей жестокой страсти, что я опускаю глаза, щеки обдает жаром, краснею, опустошенная и смущенная.
— Говори, Варя, скажи мне то, что я хочу от тебя услышать. Не топи себя…"
"Резко хватает меня за щеки и приближает к своему лицу, скольжу по его коленям, напарываюсь на ширинку своей промежностью и глаза в шоке распахиваются. По ощущениям там камень. Горячий. Пульсирующий.
— Сколько тебе отстегнули?
Мотаю головой.
— Нисколько… я денег твоих не взяла, ничего не взяла… все рассыпала по полу…
Цокает языком и пальцы сильнее впиваются, соскальзывают к губам и болезненно зажимают, вдавливая нижнюю в зубы.
У меня все мысли в рассыпную после того, что он проделал со мной. Дрожу с каждой секундой все сильнее. Не шутит Байсаров.
— Мне нечего сказать, клянусь, я уже все сказала… Я просто не понимаю, что ты хочешь от меня услышать…
Слезы опять текут по щекам. Потому что накрывает осознание, что Байсаров просто так меня не отпустит. Ему что-то нужно узнать, но я просто не понимаю, что именно.
Что я знаю и не говорю. Хмурюсь. Пытаюсь вспомнить детали, нюансы, но понимаю, что сказала абсолютно все…
— А если подумаешь, принцесса, если вспомнишь… — давит интонацией, даже голос становится глуше, холоднее.
Понимаю, что терпение Валида не безгранично и он его теряет, а что будет со мной, если он отпустит своего зверя, даже боюсь представить.
Между нами воздух искрит, поднеси спичку — вспыхнет.
