- Ты ведь Викторию собрался вытаскивать. Так вот заодно передавай привет ее папаше.
- В каком смысле?
- Если он останется жив, я приму это как твое согласие на мои условия.
В этот раз на лице ростовщика не было ни намека на улыбку. Как и у меня - только что меня ловко загнали в ловушку, выбраться из которой было невозможно без потерь. Я должен был сделать, наверное, самый сложный выбор в своей жизни. И пока даже не представлял, как выпутаться.
- Я понял, - ответил и, наконец, покинул особняк, в котором практически задыхался.
Мне срочно нужно было на воздух. И хотя я не был впечатлительным пацаном, сейчас было дурно. Ведь теперь вопрос стоял ребром, и хотя приоритеты были очевидны, я не был уверен, что с легкостью смогу сделать то, что требуется."
"Радовало только одно - у меня была пусть и небольшая, но все отсрочка. И стоило воспользоваться ею по полной. А для начала сделать то, что стояло на первом месте - вытащить Вику из передряги. Поэтому первое, что сделал - набрал номер Олега.
- Как прошло? - отозвался тот практически сразу.
- Плохо. Отец Ковальчук жив. Судя по всему, его партнеры как-то вышли на него, и теперь Вика у них.
- То есть этот Савельев работал на них?
- Вероятно. Других причин я не вижу.
- Это уже что-то. Ты возвращаешься?
- Да, - отрывисто бросил я. - Как буду в городе - наберу. И, Олег, - добавил я, - удвой охрану Богдана.
- Что-то еще случилось?
- Не по телефону, - отрезал я, решив, что про осведомленность Романова поговорим при личной встрече.
- Понял.
Жду.
А я всю дорогу крутил в голове, КАК, как выбраться из всего этого дерьма с минимальными потерями и как обезопасить свою семью от всей этой дряни? И откровенно говоря, каких-то стоящих вариантов у меня не было...
39
После того, как Клим вынудил меня участвовать в видеосъемке, прошло, кажется, пару дней. В моей комнате не было окна, но, судя по тому, с какой частотой приносил мне еду тюремщик, шел третий день.
Головная боль после снотворного уже прошла, и я соображала куда лучше. Однако это не особенно спасало положение - найти что-то, что могло бы помочь сбежать или как-то выбраться, не вышло.
Очевидно, Клим хорошо подготовился, перед тем как притащить меня сюда.
Его самого я больше не видела - приносил мне еду хмурый амбал, который на мои вопросы не отвечал и полностью игнорировал.
А я медленно сходила с ума от неизвестности. От новостей, которые свалились на меня, и от беспокойства о сыне.
Мысль о том, что отец жив, было принять непросто.
