– Святая Александра, – с иронией прыснул Ник, но я увидела, что он расслабился."
"Мы доехали быстро. Никита свернул в подземный паркинг, а я завертела головой. Дом мне показался смутно знакомым. И вот та остановка. Но я не помнила этого прекрасного внутреннего садика. Нет, я здесь точно не была, я бы не забыла такую красоту.
Когда мы вошли в здание, то я с удивлением обнаружила стойку с ресепшен и миловидную девушку. Она моментально поднялась, поприветствовала нас, выдала Никите корреспонденцию, уточнила, не нужны ли ему какие-то услуги по клинингу и пожелала хорошего дня.
У меня было ощущение, что я попала в какой-то роскошный отель, а не жилой дом.
– Ты здесь живешь? – уточнила я на всякий случай и остановилась около дверей лифта, но Ник подхватил меня под локоток и повел к дальнему лифту, где вставил специальный ключ в панель. Двери мелодично закрылись, а на табло высветилась буква «P».
– Ага. Папа нам с Киром купил каждому по квартире. Сказал, чтобы шуры-муры устраивали не на глазах мамы.
Но их коварный план все равно провалился, – рассмеялся Никита и, когда увидел мое непонимающее лицо, пояснил: – Я уехал учиться и действительно учился, а не шуры-муры устраивал. А Кир в своей только спит после работы, он у нас трудоголик. Так что внуками наших никто не одарил, а они спят и видят, как мы приведем с виноватыми глазами какую-нибудь несчастную.
– Почему несчастную? – опять не поняла я.
Ник нахмурился и серьезно посмотрел прямо в глаза:
– Саня, ты что, прогуливала уроки по верской социальной иерархии?
– Почему? – возмутилась я, хотя и прогуливала.
Ну что там можно не знать: элита и есть элита. Еще и детей иметь могут от очень ограниченного числа женщин. Да многие вообще детей иметь не могут и живут. А тут прямо проблема у богатых. В общем, всерьез я это все не воспринимала.
– Потому что, к сожалению, беременность не гарантирует совместимость. И если родится мальчик, то он всегда забирается отцом в свою семью. Мать на него теряет какие-либо права.
– Что?! – я с ужасом уставилась на Ника и неосознанно прижала ладонь к еще плоскому животу. – Ребенка могут забрать?
Ник тяжело вздохнул и потянулся.
– Полностью и безвозвратно, если вер не сошелся с будущей мамой характерами. Так что быть нашей парой не так уж и здорово. Но, с другой стороны, если мы влюбляемся, то на всю жизнь.
– Ой прямо на всю, – ткнула я локтем Ника. Никогда бы не подумала, что он, например, может настолько сильно в кого-то влюбиться.
