— Ты говорил, поблизости детская площадка…
— По-другому плачет. Ему страшно.
— Может, кто-то вышел погулять с беспокойным малышом. Мои племянники часто путали день с ночью. Не сидеть же сутками дома. К тому же вон какая замечательная погода.
Дамианис не дослушивает до конца, срывается с места и быстрым шагом идет в темноту.
— Зен…
Тороплюсь за ним, едва поспевая, и теперь тоже отчетливо слышу громкий плач.
Внутри все переворачивается, когда на полупустой улице я вижу маленькую девочку с длинными черными волосами.
Босую, растрепанную. Она стоит посреди дороги и зовет маму. Где-то вдалеке тусуется молодежь, прохожих почти нет. На малышку никто не обращает внимания. Абсолютно никто…
Кроме нас.
Зен садится перед девочкой на корточки, убирает волосы с ее личика, что-то спрашивает на своем родном языке, гладит по плечам. Та в ответ мотает головой и, потянувшись к Дамианису, виснет у него не шее и что-то бормочет.
Малышке на вид около пяти. Может, и того меньше. На фоне Зена она совсем крохотная.
Дамианис берет ее на руки и направляется в мою сторону.
— Ты устала, Даша. Поезжай в отель. Я тут кое-что решу и вернусь на такси.
— Что случилось? — Рука сама тянется к малышке, я глажу ее по спине.
Девочку трясет, ей страшно. Сердце сжимается от того, как жалко малютку. Хочется забрать ее у Зена и прижать к своей груди.
— Дитя выбежало из того переулка, — показывает он куда-то в сторону. — Возможно, там нужна моя помощь. Отец бьет мать. Вызову полицию и скорую, проконтролирую как и что.
Умом понимаю, что спокойнее и безопаснее будет сделать, как говорит Дамианис, но, если он хочет помочь незнакомому ребенку и его маме, я хочу на это посмотреть. Своими глазами. И тоже принять участие. Отец девочки наверняка нанес ее матери какие-нибудь ужасные увечья, кто-то должен поддержать их обеих, и лучше всего это получится у женщины, а не у мужчины, которого бедняжка к себе не подпустит.
— Я с тобой пойду, — произношу решительно, на что Зен шумно и недовольно вздыхает.
Однако позволяет следовать за ним и ребенком.
11 глава
В квартире, куда нас привела девочка, грязь и вонь. Мне сразу же становится нехорошо, когда я переступаю порог. Тошнота подкатывает к горлу. Хочется поскорее отсюда уйти. Причем вместе с ребенком. От одной мысли, что малютка здесь живет, внутри меня зреет чудовищный протест.
— Присмотри за ней, не отпускай от себя, — говорит Зен и ставит девочку на пол.
