Если Егор узнает, ты будешь первым, на кого я подумаю. И никогда тебя за это не прощу, понял?
Раздражением ошпаривает, словно кипятком. Хочется прочитать нотацию, что в двадцать лет убить себя из-за ребенка — безумная затея, но сам я что делал в этом возрасте?
Так что спокойствие, Зен. Хотя какое, к черту, спокойствие, когда собственная дочь ломает свою жизнь! Причем умышленно. А заодно и мою.
18 глава"
"Организм истощен стрессами последних дней, и, чувствуя эту усталость, я не хочу размышлять, почему возбуждаюсь от ласк Дамианиса.
Лишь беру на заметку, что, каким бы обаятельным ни был этот грек, как умело бы ни влиял на мои гормоны, нельзя забывать, что он не так прост и, вероятно, приложил руку к приказу, из-за которого я сейчас здесь. Хотя устоять перед Зеном, когда он такой горячий и страстный, практически нереально. Поразительно, как одно событие может разбудить в нас совершенно неизвестного нам человека.
Именно об этом я думаю, направляясь к Егору. Нашу встречу пришлось отложить на вечер.
Сначала переговоры с инвесторами и подписание контрактов, потом — мои попытки избавиться от настойчивого внимания араба. От иностранцев что-то отбоя нет в последнее время.
Остановившись перед дверью, за которой находится бывший муж, вспоминаю о нашем разговоре на кухне, после которого я приняла решение о разводе.
Сказала в тот день Егору, как мне больно и неприятно, когда он флиртует с другими женщинами, переписывается и встречается с ними за моей спиной. На что он ответил, что любит меня, а все остальное не имеет значения.
Взбесила его позиция! Говорить ведь легко, но за словами часто кроется пустота. Я переживала ад, а Егору происходящее казалось пустяком. Так мучительно, когда предают, топчутся на твоих светлых чувствах и мечтах, а потом смотрят на осколки под ногами и «утешают»: «Сейчас склею, я же тебя люблю».
Решительно выдохнув, нажимаю ручку и захожу внутрь. В сумке лежит снимок узи, который я всегда ношу с собой.
— Привет, — первая здороваюсь с Егором, переступив порог кабинета.
Он поднимает голову и щурится, окидывая меня внимательным взглядом.
Месяц представляла, как скажу бывшему мужу о беременности, и в мельчайших подробностях прокрутила в голове этот момент, но сейчас теряюсь.
— Привет, Даша, — отзывается Егор, продолжая пристально смотреть в глаза. — Как поживаешь? Выглядишь превосходно.
Он, конечно же, льстит. Меня всего третий или четвертый день не мучают приступы тошноты. Да и в зеркало я смотрюсь по утрам.
