Алла не принимает меня. В бассейне поддается, позволяет ей помочь, но после все мгновенно откатывается назад. Я не могу так, просто не вижу ориентира. Как слепой котенок, тыкаюсь и никак не найду верный путь.
Откидываюсь на спинку, прикрываю глаза и пытаюсь расслабиться. Не получается. Меня колотит, а руки сами собой сжимаются в кулаки. Мысли множатся и наскакивают одна на другую, а мозг едва справляется с их количеством. И все они крутятся вокруг жены и дочери. Решение приходит само собой и кажется очень правильным.
Хоть и дико болезненным.
Заливаю в себя вискарь и перемалываю внутренности острыми ножами. Я должен отпустить Аллу. Должен дать ей свободу и возможность выбора. Но как, если уже не представляю жизни без своих девочек?
Негромкий стук в дверь прокатывает по нервам. Шумно выдыхаю и открываю глаза.
— Назар, можно? — доносится робкий голос Аллы.
— Нельзя. Уходи, — грубо бросаю я.
Нет у меня ресурса для разговора. Я слишком уязвим сейчас, и держать эмоции под контролем будет сложно. Но дверь все же приоткрывается, и Алла вкатывается в кабинет на инвалидном кресле.
Смотрит на меня с бутылкой в руках и недовольно хмурится. Не нравлюсь? Что ж, сочувствую. Я и сам себе противен, но приходится терпеть.
— Чего ты хочешь? — впиваюсь в ее лицо грозным взглядом.
Алла не боится. Совершенно. Смотрит в глаза с вызовом и не собирается уступать. Такая она красивая в этот момент, что я невольно смягчаюсь и любуюсь. В груди давит и горит, запиваю жидким огнем и шумно выдыхаю. Что со мной делает эта женщина? Готов в ноги к ней сесть и голову положить на колени, как верный пес.
— Для меня бокал найдется? — спрашивает Алла и подъезжает ближе к столу.
Удивленно изгибаю бровь. Она что, серьезно?
— Мне есть двадцать один. — Усмешка трогает ее чувственные губы, которые мне так хочется поцеловать.
Хмыкаю и поднимаюсь на ноги. Достаю бокалы и лед. Ставлю на стол и разливаю вискарь.
— Разве девочки пьют крепкий алкоголь?
— Смотря какие девочки. — Алла пожимает плечами и забирает из моих рук свою порцию.
Чокаемся. Она подносит бокал к губам и делает небольшой глоток. Морщится и шумно втягивает носом воздух. Не умеет пить, но все же не сдается. Качаю головой и не могу сдержать улыбку. Все в этой женщине цепляет меня. Как я ее отпущу? Моя она. Только моя.
Глава 42. Алла
Холодный виски обжигает горло и жидким огнем сползает в желудок. Дыхание перехватывает с непривычки. Шумно выдыхаю и зажмуриваюсь. Отпускает. Начинаю дышать ровнее.
