Наследник (СИ)

– Медикуса!

- Такое бывает, пройдет сейчас, - натужно простонала Елизавета.

В комнату, где я общался с императрицей после Совета, ворвались люди, меня бесцеремонно оттерли, началась суета. Сейчас прольется императорская кровь, так как процедуру ее пускания в этом времени делают надо-не надо.

- Позовите Петра! – послышался хрипловатый голос Елизаветы, прорвавшийся до меня сквозь шум суеты.

- Тетушка! – я подошел.

- Будь в Петербурге, когда я поеду в Москву, поезжай на Урал с Бутурлиным. А Катька чтобы до Петрова дня была уже непраздна, - сказала Елизавета, под расцветшую и быстро завядшую улыбку.

Я не мог понять, почему тетушка меня отпускала, и поэтому напрягался и злился. Дать волю поездить по России? Сомнительно, а когда нет прямых и логичных объяснений, то становится тревожно. Но… развеяться нужно. Но условие беременности Катэ выполнено вряд ли будет, пусть хотя бы годик еще окрепнет, а то молода слишком.

Елизавета лежала на кровати и наслаждалась. Ведь наслаждение же, когда у тебя ничего не болит.

В такой момент, когда Елизавете было больно и во время коротких периодов, когда боль ненадолго отступала, на государыню накатывала полная апатия. Это состояние приходит к женщине, вдруг осознающей, что ее красота конечна. Та, которой искренне восхищались, которую хотели лучшие мужчины, которую называли одной из красивейших женщин Европы – она увядала.

- Лизонька, ну как? – спросил Ваня Шувалов.

- Уже хорошо, Ваня, а где Разумовский? – задала мучавший ее уже два дня вопрос Елизавета, она была уверена, что Алексей примчится, станет рядом, возьмет руку и скажет, что она все еще красивая женщина.

- Алексей Григорьевич приедет, не волнуйся. Ты скажи, Лиза, зачем отпустила Петра? – задал вопрос Шувалов, у которого были свои интересы насчет наследника – в Петербурге открывался новый ресторан, пока без казино, недворянам запрещено играть, но еще большей площади – для мещан и купцов.

- Ваня, а ты уверен, что Петруша дров не наломает, когда узнает, что в Голштинию вошли датчане? Это он так, на Совете сказал, русским назвался, да Киль еще хотел оставить, а даны все забирают. Да и еще… - Елизавета замялась.

- Ты про то, что башкиры с казачками порезвились в Голштинии и людишек посекли? – показал свою осведомленность Шувалов.

- Да, перестарались, - констатировала императрица.

Большие переходы – бич русской армии.