Наследники предтеч 4

Но и то в строгом теле держит — сколько вкалывать за пару раз приходится. А остальным «истинным» банально голову задурили. Вымотаетесь, станете ненужными — и «союз» сразу отвернётся, выбросит и забудет. Не отмахивайся, лучше подумай. И со своими поговори. Я же зла-то вам не хочу, жалко видеть, как вы в рабов превращаетесь. Ни дома, ни крова — всё время на работе.

Собираюсь ли бороться? Я что, совсем идиотом выгляжу? На их стороне сила. Но если так и дальше пойдет, то и увидевших настоящее положение дел станет больше.

А «союз» от тирании не откажется и считаться с другими не начнёт. Власть — слишком большой соблазн. Так что я терпеливый, я подожду, пока нас не станет много. Вот тогда и поговорим с «союзом» так, как он того заслуживает.

3 — 20 августа 2 года. Орден

Спустившись к реке перед завтраком, я умылась, потянулась и замерла: из кроны дерева выплыла змея. Именно выплыла, но не по воде, а по воздуху. Змей такого вида я ещё не видела: сильно сплюснутая с боков, с высоким гребнем на спине и с перепончатым хвостом, напоминающим ланцетовидный плавник или вытянутый заострённый веер.

Рептилия двигалась медленно, будто ползла между тяжей зеленоватого тумана, отчего картина казалась ещё более потусторонней. Позвав народ, я указала им на удивительное животное, и мы все вместе провожали его взглядом до тех пор, пока оно не скрылось в кроне соседнего дерева.

— Уже даже не возражаю, что тут не джунгли, а прямо-таки концентрат биомассы, — пожаловалась им. — И почти привыкла к гигантскому разнообразию. Но это уже слишком.

У неё же крыльев нет и даже пузыря с водородом или гелием не видно — как она летает?

Маркус с трудом перевёл взгляд с дерева на меня:

— Я бы не сказал, что змея летела в полном смысле этого слова. Больше похоже на воздушное плаванье.

Значит, здесь есть бескрылые животные, которые могут летать. Кстати, не факт, что и у некоторых растений нет такой особенности. Но как им это удаётся? И почему мы не видели таких змей раньше? Они редко встречаются? Или эти места всё ещё «возвращаются к жизни»? Я поёжилась от последнего предположения.

Верить в него не хотелось — плотность живых существ не просто большая, а прямо-таки огромная. Уж на что люблю живую природу, но тут её даже для меня слишком много. Куда ещё больше?

— А ведь ты тоже без крыльев и без ёмкости с водородом, — прервал нерадостные размышления внезапно улыбнувшийся физик.

— Ну и что? У меня — антиграв, — отмахнулась я, но тут же возмущённо вскочила. — Так вот в чём дело!..

Физик прав.