Руки его были заломлены за спину и задраны так высоко, что, вероятно, вывернулись из суставов.
— Милад… — Лесана на нетвердых ногах подошла к мужчине в черном облачении ратоборца. — Милад…
Она узнала его по смоляным, круто вьющимся волосам. А больше ничего от того Милада, которого она помнила — не осталось. На месте левого глаза — кровяная дыра, лицо разбито, нос сломан, губы превращены в запекшееся месиво, отвисшая челюсть перекошена, от передних зубов остались одни осколки. Тело черно от побоев и ран.
Но самое страшное… ко лбу воя был прибит оберег. Наговоренный на защиту от зова кровососа.
— Тамир… — шатким голосом сказала Лесана, отказываясь узнавать в этих страшных останках прежде живого человека, того, с кем ела в темноте Цитадели вяленую рыбу и ворованные пряники.
Колдун встал рядом.
— Чего стоишь? Отвязывать давай. Надо упокоить и похоронить, — он наклонился, разглядывая тело, а потом сказал: — Убили вчера. И ты погляди, руки до костей обглоданы…
Последние его слова она не дослушала, повернулась к сидящему на земле Беляну, и парень сжался, закрывая голову и лицо руками.
Потому что в глазах Лесаны была смерть. И черная жуть, обещающая страдания.
— Стой, — колдун удержал обережницу. — Не тронь его. Надо могилу рыть. Дай ему заступ. Пусть работает.
У Беляна дрожали руки, когда он поднимал с земли, брошенный ему девушкой заступ. И лицо все ходило мелкой дрожью. Мягкая лесная земля подавалась легко. Пленник копал яростно и торопливо, боясь оглянуться на двоих охотников.
Страх бился в животе тугим клубком, и сердце колотилось так, что в глазах темнело.
Парень уже по пояс зарылся в землю, когда на него сверху упала тень. Он испуганно вскинулся, щурясь против солнца.
— Это тоже Серый? — спросила она.
Белян сглотнул застрявший в горле комок:
— Я не знаю наверняка… но наши бы не стали… — сказал он.
Девушка наклонилась, сгребла его за грудки и дернула вверх:
— Не стали? НЕ СТАЛИ?
И она трясла пленника, словно тощее деревце.
— Зачем нам?! — испуганно выкрикнул он.
— Лесана.
Тамир отцепил ее от парня.
— Оставь. Он-то тут при чем.
— Мы сторонимся Серого. Он бешеный… Зачем нам охотники? А он выманивает вас в леса. И оберег этот — нарочно!
— Заткнись и копай, — посоветовал колдун.
Девушка перевела взгляд на спутника:
— Этот урод убил обережника. Не просто убил. Он его схватил и мучил.
— Он его ел, — спокойно сказал колдун. — Его выцедили до капли. Крови не осталось.
