Ее изнеможение и отчаяние достигли такой глубины, что она уже не могла бояться. Она хотела умереть и лишь мысли о матери, а также глубокий стыд перед отчимом, заставляли цепляться за жизнь, которая медленно оставляла слабеющее тело.
А над черным лесом стремительно неслись облака. Ветер набирал силу. И в воздухе впервые за долгие месяцы пахло дождем.
***
Он бежит, бежит, бежит… Быстрее! Прыжок! И сильное тело вытягивается, взлетает над узким логом, преодолевает его в один мах. И снова вперед, сквозь заросли папоротника, сквозь молодую поросль кустов бузины… Бежать, бежать, бежать! Хлопья пены летят и липнут к впалым бокам, язык вываливается из пасти.
Бежать, бежать! Выпрыгнуть из тесной шкуры, сорвать ее с себя, сбросить, разодрать до мяса. Пусть боль! Телесная боль, но только не эта тоска, не отчаяние, не одиночество!
Волк несся лесом, стелился над землей. Казалось, по следу за ним мчатся охотники, и вот-вот настигнут. Но никто серого не загонял. Если только сам себя. Да засевшие в голове хрип, скулеж, рычание.
Не успел, не успел, не успел! Сгубили всю стаю! Всех вырезали. Добро же вам, скоты бессердечные. Будет радости. Он соберет новых. Будет мстить. Убивать будет, чтобы из дому высунуться боялись, чтобы ночью в погребах запирались семьями. Твари!
Нырнуть в молодой колючий ельник, упасть без сил и зарываться, зарываться в рыхлую теплую землю носом, выть, рычать глухо, грызть корни, захлебываясь от бессильной злобы, от обиды, от снедающей сердце боли, от ужаса…
Молодой сильный зверь катался между деревцами, скреб сильными лапами вокруг себя и надсадно страшно тосковал.
Потом он устал и заснул. Ночь принесла облегчение. Одинец очнулся от забытья, поднял уши и затаился.
— Где вы, братья мои?
Он запрокинул голову, глядя на круглую бледную луну, вынырнувшую из-за облаков.
— Где вы, мои братья?
Серый закрыл зеленые глаза, в каждом из которых отражалось по ночному солнцу и завыл. Протяжную и тоскливую поминальную песню. Он выл, выл и выл. Облака неслись и неслись.
Лес отвечал молчанием. Но спустя пол-оборота откуда-то донесся ответный вой. Стая. Чует вожака. Он их соберет. Голодных, диких, соберет всех. Он даст им насытиться. Он уже придумал — как.
Добычу выслеживать просто. Идешь на запах — горьковатый запах дыма, парной запах скотины, сладкий запах людей. Ждете? Ждё-о-оте? Ждите, твари… Бойтесь.
А потом залечь в кусты, слиться с землей, поставить торчком чуткие уши и внимать лесу. Лес мудрый.
