Наследница в алых шелках

Розамунда призналась себе, что ревнует по большей части оттого, что ее собственные чувства изменились. Стали глубже.

Беатрис как-то сказала ей, что, когда у них появлялась новая женщина, все они целый месяц напоминали ей, чтобы она не влюбилась, чтобы правильно понимала, кто она для клиентов. Жаль, что никто не сделал того же для нее в ее замужестве. «Это брак по расчету. По расчету. Не будь глупой и не влюбляйся в него, если не хочешь остаться с разбитым сердцем».

Он провел с той женщиной несколько дней, но не по-семейному.

– Если понадобится, я объясню, где был, – сказал Кевин. – Молчать было бы глупо.

– Я хочу, чтобы ты мне это пообещал.

Он развернул ее лицо к себе и нежно поцеловал.

– Даю тебе слово глупого джентльмена.

Розамунда наняла экипаж, чтобы тот отвез ее вдоль реки вверх по течению. Она отправилась от магазина, где, по ее словам, должна была пробыть весь день. В ридикюле у нее лежало письмо, пришедшее два дня назад от мистера Лавлейса.

Порядочная жена, возможно, сообщила бы мужу о своих намерениях. Розамунда этого не сделала. Это все равно ни к чему бы не привело, так зачем затевать ссору? Она не забыла скандал, разразившийся, когда она отправилась в мастерскую заказать игрушку. Однако ей было интересно. Мистер Лавлейс ей понравился, и она хотела взглянуть на его творения.

Экипаж провез ее по Саутарку и выехал за город. Кое-какие фермы еще стояли, но большинство участков отдали под маленькие фабрики, усеивавшие берег реки.

Мистер Лавлейс владел одной из фабрик побольше. По просторному двору сновали люди, входя то в одно здание, то в другое, носили какие-то железные предметы или катили вагонетки с углем. Розамунда попросила кучера зайти в контору и сказать, что она на улице.

Мистер Лавлейс вышел, приветливо улыбаясь.

– Не думал, что вы приедете, но надеялся.

– Мне интересно взглянуть на ваше производство.

– Идемте, я вам все покажу.

Они вошли в длинное здание. За столами сидели люди, пилившие что-то железное напильниками и стучавшие по металлу молотками.

– Они делают детали, – сказал мистер Лавлейс. – Здесь нет места ошибкам. Это работа не для кузнеца. Каждое колесико, каждый поршень, каждая шестеренка должны быть выполнены идеально, насколько это возможно. – Он указал на группу мастеровых.