В своем письме Велимиру она напомнила, что у него было дело. И если он об этом деле все еще помнит, неплохо было бы ему к ней наведаться. Снова вызвав посыльного, Либуше отправила его в вендское посольство. А сама, успокоившись, велела Любине звать из приемной следующего. Негоже заставлять людей долго ждать. Свои дела можно обдумать на досуге.
Следующих просителей, а их было двое, Либуше выслушала быстро. Правда, помогла мало чем, пообещав разобраться и посмотреть. Мысли никак не хотели собираться, постоянно возвращаясь к странной вдове.
И чем больше раз прокручивала Либуше в голове их разговор, тем более подозрительным казалось ей каждое слово.
«Так, остановись!» — Приказала себе княжна, понимая, что так недолго напридумывать всякого-разного. А в конце окажется, то все намного проще. Для начала надо вообще выяснить, какое наследство может светить признанному бастарду в Люнборге. А уже потом — все остальное.
Невестка выслушала Либуше внимательно, как и договаривались, с глазу на глаз.
Видимо, настрой княжны был заметен с порога, потому что Агата отпустила секретаря и заперла дверь кабинета, попутно навесив на ручки уже знакомые Либуше побрякушки.
— Ну, рассказывай. — Сказала она просто, присаживаясь напротив невестки. — Что стряслось? Кто тот смертник, что тебя так напугал?
— Почему сразу «смертник»? — не поняла Либуше.
— Потому, — усмехнулась Агата. — Ну, так что?"
"Выслушав историю странной просительницы, она только покачала головой.
Потом что-то быстро написала на крохотном клочке бумаги (для маговестника) и начала создавать птичку. «На большее моей магии не хватает», — смущенно улыбнулась она, выпуская в форточку крохотную синичку.
Либуше сказала бы, что магии невестки не должно было хватить и на это, но не верить своим глазам повода не было.
— Генриху? — Спросила для порядка, хотя и так была уверена, что именно к нему.
— Не-ет, — мотнула головой Агата, — Генриху при случае сама расскажешь.
А вот без Эрика я в это дело лезть не рискну. Потому что, во-первых, я эту вдову совершенно не понимаю. Зачем ей это?
И вот, если рассуждать с точки зрения провинциальной фру, — Агата сделала особое ударение на последних словах, — то незачем. Вот совершенно незачем, понимаешь? От придворной дамы я бы еще могла такого ожидать, но от хуторской вдовы… А, во-вторых, я согласна с тобой, есть тут какой-то подвох.
