Наследство

— Надеюсь, что вдали от города в наших душах наконец-таки наступит покой… — патетично заявил Петр и тут же смутился: — Как-то двусмысленно это прозвучало…

Яна между тем выкатила в коридор небольшую дорожную сумку.

— А это зачем? — спросил Петр.

— Да мы сегодня же вернемся!

— И что? Я никогда не езжу налегке. Вдруг мне что-нибудь понадобится? — фыркнула Яна.

Сидя в машине, которую Петр, если честно, вел с трудом и постоянно чертыхался, она задумалась о своем, о наболевшем.

— А ведь меня здесь ничего не держит, — произнесла Цветкова вслух.

— Мама просила спасти театр, получив звездную роль, я ее наказ благополучно не выполнила, но театр спасен. Что еще? Я могла бы вернуться домой, к сыну, к друзьям, к домоправительнице, наконец, — так нет, застряла здесь! Да еще в качестве подозреваемой, хотя чувствую себя больше как потерпевшая!

— Все разрешится, вот увидишь, — покосился на нее Петр.

— Сразу видно, что ты человек не опытный в криминальных вопросах!

— Знаешь, а я так рад, что тебя здесь задержали… Мне твоя компания очень нравится…

— Это я уже поняла, не повторяйся! Ты этого следователя видел? Артема Александровича? Это же детский сад во всей красе! Отпад! Он чуть в обморок не упал, когда возникла эта путаница с трупами.

Мало того что его выдернули из-за новогоднего стола, так еще и втянули во что-то непонятное. Мертвец под елкой! Опаньки! Слава богу еще, что Люся не стала ему рассказывать про густую хвою, хорошо укрывающую хладный труп. Твою же мать!

— Что? — нервно дернулся в сторону Петр.

 — Извини! Дева Мария, я не привык к таким…

— «Опелям»? — спросила Яна.

— Да бог с ним, с «Опелем»! Я не привык к таким дорогам! Вообще не убираются!

— Скорее всего в бюджете города нет денег на уборочную технику, — предположила Цветкова. — Так вот… этот следователь зацепился за самое простое, что у него есть, — за меня и Люсю. И это пугает. Знаешь почему? Потому что… не найдет он убийцу. Вот чувствую — не найдет! А это чем грозит? Тем, что мы с Люсей так и останемся единственными подозреваемыми.

И как он будет выбирать из нас? Может, монету подбросит — орел или решка? У меня был мотив, а у Люси — возможности.

— Но вы же этого не делали! — воскликнул Петр.

— А кого это волнует? Ему дело закрыть надо? Надо! Вот и закроет! Думаешь, у нас в тюрьмах не сидят невиновные? Вот и мы с Люсей пополним их число! А чтобы этого не произошло, знаешь что надо?

— Что? — спросил Петр, пробуксовывая на очередном заносе.