Наследство

Люся начала кричать, была готова наброситься на меня с кулаками. Потом понесла какую-то околесицу.

— Мне было интересно послушать, — пояснила Яна.

— Она сказала, что объявилась ее дочь, которая пишет ей ужасные письма, типа «Как ты могла так со мной поступить?», «Как ты жила все эти годы? Не мучила ли тебя совесть?». Эти записки появлялись и у нее дома, и на работе. То в шкафу, то в сумочке… Это стало для Люси кошмаром, который ее преследовал.

— Почему она пришла к вам? — спросила Яна.

— Потому что поверила, что у нее есть дочь.

А еще она узнала от окружающих, что почти год провела в больнице. Вот Люся и поняла, что если что и могло произойти с ней такого необычного, то только в тот период. И пришла ко мне, чтобы узнать правду.

— И вы ей рассказали? — спросила Яна.

— Я не смог… нет… — покачал головой Аркадий Борисович. — Но я думаю, что мои слова для нее уже ничего не значили. А я вот с тех пор почувствовал недомогание и когда узнал, что ее снова везут в таком же состоянии к нам… сердце не выдержало.

Ну что ж, и так пожил много и нагрешил много.

Навещать психически нездоровых людей без разрешения было нельзя, но Яна положила санитару в карман тысячную купюру, и он молча довел ее до палаты без таблички и многозначительно посмотрел на Цветкову. Этот взгляд означал, что времени у Яны не так уж и много. Так же молча санитар удалился.

Яна вошла в палату с двойными решетками на окнах и присела на кровать, на которой лежала Люся.

— Яночка, это ты! Я так рада тебя видеть, — рассмеялась Люся.

— Я в последнее время живу на два города, не отпускает меня этот «веселый Новый год», — ответила Яна.

— По-моему, все ясно, — пожала плечами Люся. — Во всей этой истории виноват ненормальный псих-маньяк, и этот псих-маньяк — я. — Люся немного помолчала, а потом, внимательно посмотрев на Цветкову, сказала: — А ты хорошо выглядишь, челка отросла, ресницы и брови тоже.

— Мозги вот только никак не встанут на место, — задумчиво произнесла Яна.

— Они у тебя всегда такие были, — снова рассмеялась Люся. — Если вообще были.

— Спасибо. Ты во всем призналась?

— Могу и тебе все рассказать, хоть ты и не следователь и мне не очень приятно это повторять… Я вспомнила… А когда вспомнила, так сразу позвала доктора и во всем ему призналась. А потом уж приехал этот ненормальный сыщик. И как таких в следователи берут? Он как дитя малое… все время удивлялся.