Цокар вместе с Шароном усиленно занимался хозяйством, с готовностью объезжал дальние деревни. Принц троллей на посылках — да уж, никогда не думала, что доживу до такого момента.
— Ему нравится, — пожала плечами Кладира, наглаживая свою Литу, тоже изрядно набравшую вес и тоже собиравшуюся скоро рожать. — Он наконец-то чувствует себя полезным.
— Ему при дворе блистать надо, — проворчала я, скрывая смущение, — а не споры крестьян разбирать.
— Зато они все сразу становятся смирными, едва его видят, — хмыкнула Кладира.
— Вот даже не сомневаюсь…
— Кстати, мне тут письмо пришло… От приятельницы из столицы, — Кладира многозначительно поиграла бровями и сверкнула глазами, — Гордон успешно женился, смог деньгами семье помочь. Нарон отправился вместе с сестрой к эльфам, думает там ей мужа искать.
— А Донтар?
— О нем не знаю. Он исчез, едва вернувшись в столицу.
— Что ж, желаю им всем счастья, — дернула я плечом. Вспоминать о неудачливых женихах не было ни малейшего желания.
Роды, как им и положено, пришли неожиданно.
Воды отошли глубокой ночью, тогда же и начались схватки. Я орала как резаная, напугав до смерти Лорана. С появлением вытащенной из постели повитухи боль уменьшилась, но не намного.
Родила я через четыре часа, сначала сына, потом дочь.
Лоран трясущимися руками принял оба оравших свертка. Судя по его виду, он еще сам не поверил в случившееся.
Как потом рассказывал Шарон, Цокар, догадавшись, что ему скоро придется пройти через подобный шок, сразу же побледнел, практически слился со стенкой.
— В ближайшие год-полтора можно забыть о сне, — просветила я мужа.
Тот в ответ заторможенно кивнул, все еще приходя в себя после моих родов.
Кладира родила быстрей, всего лишь через три часа, двоих сыновей. Цокар все это время литрами пил успокоительные настойки.
— Четверо уже есть, — задумчиво заметил Шарон через сутки после родов «сесры», в кои-то веки налив себе дорого вина из герцогских подвалов. — Сколько еще планируете родить?
Мы с Кладирой хмыкнули в унисон.
— Веришь, нет, мне хватит и двоих, — сообщила я.
— Вот только, думаю, богине наши желания не интересны. Она как раз обещала плодовитость.
Эпилог
— «Ты прежде лишь розы ценила,
В кудрях твоих венчик другой.
Ты страстным цветам изменила?»
— «Во имя твое, дорогой!»
— «Мне ландышей надо в апреле,
Я в мае топчу их ногой.
Что шепчешь в ответ еле-еле?»
— «Во имя твое, дорогой!»"
"Марина Цветаева. «Счастье»
— До третьего колена, говоришь? Чтобы не смущать умы придворных, говоришь?..
