— Понятия не имею, — отмахнулась от меня «сестра», — он военный. Что ему сделается.
— Похоже, кто-то влюбился в тролля, — задумчиво сообщила я пространству.
Кладира покраснела и возмущено уставилась на меня:
— Ну вот что за глупости ты говоришь! Он — принц! Ему надо выказывать уважение, подобающее его статусу. А тут — драка.
— Ты его самого спроси, нужно ему это уважение, — посоветовала я и зевнула еще раз. — Может, он и сбежал из своего государства только потому, что уважение к статусу приелось.
— Ох, Селенира, — вздохнула Кладира.
— Не знаю, что там в твоем мире, но здесь, хоть горожане по закону и равны аристократам, все же следует соблюдать, как ты там говорила? Дистанцию? Ладно, я вижу, ты уже спишь. Спокойной ночи. И раз уж у тебя проявились способности моей сестры, завтра будем развлекать женихов так, как подобает герцогам. Спокойной ночи.
Я вяло кивнула, проследила, как Кладира выходит из комнаты, из последних сил переоделась в пижаму и завалилась в постель. Спать… Все остальное — потом.
— Ты на развилке, — не успела я уплыть в царство Морфея, в моем сне появился уже знакомый бывший муж Селениры. — Сделай правильный выбор. От этого зависит очень многое, в том числе и твоя судьба.
— Хоть бы подсказали, в какую сторону двигаться, — первый раз в жизни заговорила я во сне.
— Подумай. Используй книги. Сделай правильный выбор.
И мой собеседник исчез. Я проснулась, угрюмо посмотрела в темноту перед собой. Очередной любитель загадок. Мало мне проклятия, теперь еще и тут думай, что от тебя хотят.
То ли принуждают остаться с Лораном, то ли предупреждают, что это — неверный шаг.
Глава 37
Мне нравится, что вы больны не мной,
Мне нравится, что я больна не вами,
Что никогда тяжелый шар земной
Не уплывет под нашими ногами.
Мне нравится, что можно быть смешной —
Распущенной — и не играть словами,
И не краснеть удушливой волной,
Слегка соприкоснувшись рукавами.
Марина Цветаева. «Мне нравится, что вы больны не мной»
Повернувшись на другой бок, я практически сразу же заснула и проспала до утра, на этот раз без сновидений.
Разбудила меня служанка.
— Ронара, ронара, — меня аккуратно трясли, стараясь и боли не причинить, и в то же время привести в чувство. — Ронара, просыпайтесь.
Я широко зевнула, нехотя открыла глаза и, сдерживая желание повернуться на бок и продолжить спать, вопросительно взглянула на служанку — высокую плотную блондинку в переднике и коричневой форме прислуги.
