Насмешка судьбы

И ничто — ни слезы, ни уговоры, ни споры — не подействовало на него.

— По твоему поведению не похоже, что вы женаты пять лет, — неожиданно хихикнул дед. — Эта сказка про белого бычка сойдет для моих сестер, никогда не покидавших пределов деревни. Но не волнуйся на мой счет. Я искренне рад, что вы снова вместе, и это меня успокаивает.

Энжи, расправлявшая в тот момент скатерть, замерла с широко раскинутыми руками. Взглянув на деда, она увидела его озорное и довольное лицо.

— Теперь Лоренцо отвечает за тебя и твое благополучие.

Он справится с этим. Не силой, но смекалкой, — гордо изрек дед с нескрываемым удовлетворением. — Какого мужа я подобрал тебе, Анжелика! Я разглядел его будущее раньше, чем он сам.

Никогда еще старик не был так откровенен. Энжи едва сдерживала волнение. Пять лет назад Лоренцо женился на ней, исходя из принципа моральной ответственности, а также по настойчивому требованию деда. От этого шага, как оказалось, выиграли все, включая старого и мудрого Карло Аньези и его сестер.

А уж о ее алчной и корыстной матери-эгоистке и говорить не приходится. Энжи поняла, что ей целой жизни не хватит, чтобы расплатиться с этим долгом.

— Нет-нет, я помогу вам помыть посуду, — отчаянно повторила Энжи.

Быстро собрав тарелки, Лючия раздраженно отмахнулась от нее.

— Что случилось с тобой? Ты всегда любила готовить, но ненавидела мыть посуду. Принеси-ка мужу еще вина. Ты должна ублажать его, а не нас, — назидательно сказала она.

На столе горели свечи, бросавшие причудливый свет на сидевших за столом.

С бутылкой вина в руке, плотно сжав губы, Энжи приблизилась к ним. Дедушка с воодушевлением рассказывал о чем-то, а Лоренцо, вальяжно откинувшись назад, слушал его, не сводя с жены искрящихся золотом глаз. Едва она потянулась к его бокалу, как он накрыл ее руку ладонью.

— У тебя усталый вид. Ложись спать, дорогая. Я скоро приду, — удивительно обыденно произнес он.

Она покорно поставила бутылку на стол и медленно пошла к дому, чувствуя на себе пристальный взгляд Лоренцо.

Обернувшись, она увидела, что на его чувственных губах играет хищная улыбка. Сердце замерло, будто очутилось в крепких и безжалостных руках, сжавших его до предела.

Через пять минут, оказавшись в спальне, Энжи с недоумением посмотрела на узкую кровать, на которой им предстояло спать вдвоем. На ней мог поместиться лишь один человек, и не могло быть и речи, чтобы отодвинуться от Лоренцо на другой край.