Насмешка судьбы

И эта черта тоже привлекает Энжи. Откашлявшись, она задала первый пришедший ей в голову вопрос.

— Кто такая Камилла?

— Одна знакомая... Моя мать любит ее как родную дочь.

— А Винченцо? Твой брат? Но ты никогда не упоминал о том, что у тебя есть брат, — сказала она, тщательно подбирая слова и следя за поведением Лоренцо.

— Винченцо погиб за год до нашей с тобой встречи. Он был на пять лет старше меня.

— Как это случилось?

Какое-то время Лоренцо задумчиво смотрел в окно, а затем неохотно заговорил:

— Мы поехали с ним в горы, но восхождение было отменено уже на второй день после нашего прибытия на место.

Резко изменилась погода. Но Винченцо... — он прерывисто вздохнул, — был отважный, как дьявол, и не робел перед сложностями. Нас накрыла лавина, и, спасая меня, он погиб.

— О боже... — сочувственно выдохнула Энжи. Ей хотелось подойти к Лоренцо и обнять его, но она боялась, что он отвергнет ее. — Должно быть, это явилось настоящей трагедией для всех вас...

— Да... Не тот сын остался в живых.

..

— Не надо так говорить! Если тебе показалось, что родители любили тебя меньше, чем твоего брата, то это просто из-за пережитого ими горя и...

— Вспомни слова матери, когда она сравнивала меня с покойным братом! — резко возразил Лоренцо. — Винченцо действительно был замечательным человеком. Мать была готова целовать землю, по которой он ходил! Да и я тоже! Когда его не стало, наша жизнь показалась пустой, единство в семье рухнуло. Ко мне стали относиться как к живому трупу. Мама не могла простить мне смерть брата.

В какой-то мере Энжи понимала и разделяла скорбь Луизы, потерявшей любимого сына. Но оставался Лоренцо... Теперь ей стало ясно, почему он так часто приезжал к своему прадедушке в глухую деревню на Сицилии: отец и мать относились к нему как к изгою. Отец Витторио же был добрым и мудрым человеком. Он с пониманием выслушал юного Лоренцо и заставил его поверить в свою непричастность к трагической смерти брата.

На минуту ей стало обидно, что он не поделился с ней своим горем.

Ведь он ни разу не обмолвился о брате, не упомянул о случившейся трагедии. Нет, Лоренцо говорил ей только о том, что она могла переварить, ставя ее проблемы и заботы на первое место. Так было всегда. Он щедро отдавал, а она без зазрения совести брала. В их паре она была потребителем. Эта мысль глубоко потрясла Энжи.

— Что-то ты внезапно затихла, — тихо обратился к ней Лоренцо.

Она подняла голову и увидела, что он решительно направляется к ней.