Я закрылся в спальне, пока она бушевала. Ночью прятался я, а утром – она.
Подошел к окну, отхлебывая кофе. На детской площадке сидели мамочки с колясками, а на качелях мальчишка раскачивал подружку. И они так походили на нас с Катькой в детстве, что стало совсем хреново. Особенно от осознания, что я давно и до одури хочу эту норовливую девчонку. И похоже, пришла пора таки выпороть ее.
__________________________
[1] Слова из песни Нины Симон «Love Me Or Leave Me»
Оставив на столе чашку, я направился к ванной – выдворять оттуда мою воительницу.
Дверь оказалась хлипкой и поддалась почти сразу. Но когда я с грохотом ввалился в ванную, Катька даже не шелохнулась. Балдела в пенной ванной с наушниками в ушах. Я присел на бортик, наблюдая, как она двигает головой в такт музыке с совершенно счастливым видом. Глаза ее были закрыты. Усмехнувшись, нырнул рукой под воду и пощекотал ее за пятку. Она взвизгнула и на долю секунды ушла под воду. Вынырнула, отфыркиваясь от пены и костеря меня на чем свет стоит.
Выслушивать ее мне было лень, да и делать это можно было и по дороге. Подхватил ее под мышки и выудил из ванны, кулем перекинув через плечо (при этом, правда, сам чуть не искупался), и отнес в спальню. Под ее изумленные восклицания швырнул на кровать и стянул с себя мокрую футболку.
— Корф, ты что творишь?
— А на что это похоже? – усмехнулся, расстегивая брюки.
— На стриптиз? – робко предположила Катя, кутаясь в простыню. — Или, погоди, – в ее синих глазах вспыхнул азарт, – ты решил похвастаться татуировкой, да?
— А ты до сих пор ее не видела? – фыркнул, отбросил брюки.
Схватил с тумбочки оставленное для меня полотенце. — Учитывая, что ты пропадаешь в моей спальне почти каждую ночь, это даже странно, – делаю шаг к кровати. Медленно. А она смотрела как зачарованная на мои руки, скручивающие полотенце. И на ее щеках проступал румянец. — Подглядываешь? – замер совсем рядом. Она натянула простыню до подбородка. Но она не боялась совершенно.
Скорее, стеснялась. Но не боялась – и это было прекрасно. Она была прекрасна. Раскрасневшаяся после ванны и разрумянившаяся от моих слов – она сводила с ума.
— Любуюсь, – слегка улыбнувшись, не согласилась. — Думала… Корф, – взвизгнула, когда я слегка шлепнул ее полотенцем, – ты совсем спятил?! Ты что, – она отодвинулась на другой край кровати, – пороть меня вздумал?
— А у тебя есть другой вариант? – следующий легкий удар достиг ее ног. Она зашипела.
